ПОЛИТЭКОНОМИЯ: Пузыри земли
“Цены на нефть” – основной вопрос философии нашего времени. Наиболее популярное объяснение нефтяной аномалии – бурный рост экономики Китая и Индии, который гарантирует, дескать, рост потребления нефти. Это, однако, мало что объясняет. Китайская экономика составляет не самую значительную долю мирового потребления нефти, а по прогнозам, это потребление вырастет в 2004 г. в Китае примерно на 20%. Так почему же цена всей мировой нефти выросла с начала года более чем на 40%? Да и вообще в предыдущие несколько лет ситуация на рынке определялась картельным сдерживанием поставок, чтобы не дать цене барреля опускаться ниже $22. И что же изменилось в 2003–2004 гг. в индийской и китайской экономике, что этот баррель стал стоить вдвое дороже?
Другое популярное объяснение, кажется, несколько ближе к истине. Нефтяные фьючерсы, мол, играют роль финансового инструмента в условиях падения привлекательности мировых фондовых рынков. Однако оно указывает скорее на технологию роста цен, чем на его причину.
Взгляд на историю нефтяных цен в течение последних десятилетий убеждает, что, в принципе, нефть торгуется не так, как обыкновенный товар. Шесть лет назад нефть стоила в пять раз меньше, и не существует рационального набора факторов, объясняющих эту разницу. В то же время такие скачки приводят не только к гигантскому перераспределению капиталов, но также к перераспределению лидерских позиций, смене доминирующих бизнес- и экономических стратегий и в целом – того, что в отчетах инвестиционных аналитиков называется настроениями рынка. Все становится, кажется, на свои места, если предположить, что в цену нефти включена рыночная оценка нематериальных факторов. Торгуя на мировых биржах нефтью, трейдеры торгуют в то же время настроениями и ожиданиями человечества, торгуют духом времени.
В середине 80-х мир вступил в эру оптимизма и относительно низких цен на нефть. Фукуяма написал о “конце Истории” в старом смысле слова. Рухнула глобальная система сдерживания, основой которой были взведенные на пуск ядерные ракеты. Слово “глобализация” стало выражением духа новой истории, а хайтек, Интернет и фондовые рынки казались ее неотменимыми институциями, поверх правительств управляющими миром. Однако около 2000 г. вектор начал меняться. И как выражение этих перемен к власти стали приходить люди реальности – сотрудники спецслужб и торговцы нефтью. Они любили говорить о “реальной экономике” и “национальных интересах”, противопоставляя их химере глобализации и торговле “радужными ожиданиями”. Они уверены, что история продолжается в старом смысле слова, т. е. глобальный расклад сил определяют не открытые рынки, а тайные договоренности, не виртуальные показатели капитализации, а контроль над “стратегическими товарами”. И что сутью состояния мира с точки зрения реальной политики всегда является подготовка к будущей войне. Они вновь капитализировали нефть.
В великой пьесе “Макбет” сказано только: “Земля рождает пузыри так же, как и вода”. Это значит, что неизвестно, откуда меж людьми являются некие мысленные сущности, которые подчиняют их волю своей логике, меняют картину мира, твердо и прямо ведут их к кризису, если не к катастрофе, а после исчезают столь же внезапно и необъяснимо, как и появились.