"Руст" свалил все брэнды в кучу
Еще в начале 90-х Рустам Тарико лично разгружал первую фуру с привезенным из Италии вермутом Martini. В этом году объем продаж его компании "Руст", крупнейшего импортера в Россию и Martini, и,например, виски Johnnie Walker, может составить $100 млн. Положение компании на рынке год спустя после кризиса только укрепилось, хотя продажи и упали.
- Согласно докризисным планам прошлого года объем продаж компании должен был составить около $200 млн. Каковы потери? - Если бы не кризис, объем продаж оставался бы очень близким к названной цифре. В этом году, если мы выйдем на $100 млн, будет очень хорошо. Продажи алкоголя категории премиум упали в России за последний год в два-три раза. Если до августа 1998 г. на рынке дорогого импортного алкоголя работало пять-шесть крупных операторов, то теперь остался только один из тех, кого мы считаем конкурентом, и то только потому, что у них есть очень хороший национальный брэнд.
Что касается самого кризиса, он, как ни странно, очень благотворно повлиял на нашу компанию. В таких ситуациях обычно сильные становятся еще сильнее. Вот и мы получили в эксклюзивную дистрибьюцию большое количество новых брэндов. Это прежде всего Smirnoff, Bailey's, Disaronno, Veuve Clicquot. Наш портфель пополнили более 50 торговых марок.
- Сколько марок в вашем портфеле сегодня? - Ключевые брэнды для нас - Martini, Smirnoff, "Русский Стандарт", Johnnie Walker. Растущие брэнды - Bacardi, Gordon's, Bailey's, Metaxa, Veuve Clicquot, Otard. Сотню других брэндов, которые у нас есть, мы считаем ассортиментными.
- Как будет развиваться ситуация в ближайшем будущем? Насколько хороши перспективы по выводу на рынок новых западных торговых марок? - Присутствие популярных западных марок будет расти или держаться на прежнем уровне.
И будут резко падать продажи тех, без которых российский потребитель может обойтись. Понравиться российскому потребителю сегодня гораздо сложнее, чем раньше. Чтобы вывести новую марку на рынок, потребуется около $5 - 10 млн. После кризиса это сделать сложно.
Очень интересно смотреть на то, как ведут себя на рынке различные брэнды. Есть Martini Bianco и Benedectine - оба напитка принадлежат группе Bacardi-Martini. Но если продажи Bianco упали на 30%, то Benedectine - на 230%.
Когда ситуация становится сложной, ключевые брэнды остаются, а люди отказываются от торговых марок, которые не имеют принципиального значения в их жизни.
- Считаете, что ваша водка "Русский Стандарт" имеет "принципиальное значение для жизни"? - Водку мы запустили 1 января этого года. Это категория суперпремиум, бутылка стоит 300 руб. Теперь мы доминируем в этой категории, по крайней мере мы не считаем большими конкурентами Absolut и Finlandia. Маловероятно, что кто-то сможет с нами конкурировать в этом сегменте в дальнейшем - объемы продаж водки "Русский Стандарт" растут примерно на 30 - 50% в месяц.
- Вы работаете с крупнейшими мировыми поставщиками алкоголя - Diageo Bacardi-Martini. Как вам удается поддерживать баланс интересов между ними? - Это достаточно сложно. Но есть один важный объединяющий момент. Сейчас, когда рынок находится не в лучшем состоянии, важно консолидировать брэнды. Банально выражаясь, создать некоторую критическую массу, чтобы сохранить национальную дистрибьюцию. В нынешней ситуации один, даже очень сильный, международный брэнд не может "повесить" на себя стоимость национальной дистрибьюции. Присутствовать, к примеру, в магазине во Владивостоке сильному брэнду в одиночку не под силу.
- Вы решили создать еще и коммерческий банк "Русский Стандарт". Зачем вы, первое лицо крупнейшей дистрибьюторской компании, решили заниматься финансовым бизнесом? - Могу назвать три основные причины, по которым я хочу этим заниматься. Во-первых, потребляемые обществом банковские услуги при определенном творческом подходе можно сделать такими же составляющими стиля и образа жизни, как, допустим, Johnnie Walker. Такими же брэндами. Опыт нашей компании в этой сфере очевиден, и его нужно использовать. Во-вторых, официально зарегистрированный собственный капитал банка "Русский Стандарт" составляет порядка $22 млн. А это говорит о том, что у нас есть достаточные финансовые возможности, и сегодня это могут себе позволить немногие. Втретьих, сейчас без работы оказалось большое количество профессионалов банковского дела, и глупо не воспользоваться их навыками.
Кроме того, я не собираюсь заниматься оперативным руководством банка. Я буду заниматься брэнд-менеджментом - той работой, которую я хорошо знаю, ибо знаю российских потребителей. Невозможно продавать продукты алкогольные или банковские, неважно, - если не знаешь, кому их продаешь.
- Сейчас у вас есть средства для банка, а где взяли или с чего начинали торговый бизнес? - У итальянских партнеров, с которыми познакомился в Москве, работая еще студентом в туристическом бизнесе, я купил первый грузовик с Martini - это было в 1992 г. Разгружал его своими руками в "Елисеевском" на Тверской улице. Первоначальные вложения составили примерно $500 000, причем у меня не было такой суммы - мне дали товарный кредит. Сначала нашу продукцию продавал "Елисеевский" гастроном, потом это был "Новоарбатский", потом пять других магазинов, 10,15,20,2000.
Продажи Martini очень быстро росли.Martini стал локомотивом, который вывел нас вперед.
Мы пытались строить бизнес по западным стандартам, мы разговаривали с западными партнерами на их языке, и с нами легко шли на контакт. В итоге мы вышли на уровень продаж только Martini в 1,3 млн коробок в год (это больше, чем продается Martini в США). Мы сделали Martini Bianco самым популярным западным брэндом в России. И надеемся, что это далеко не последний наш успешный брэнд.