Ложь плюс видео минус секс
Новый спектакль театра Олега Табакова "Секс, ложь и видео" поставлен по сценарию к одноименному фильму Стивена Содерберга, снятому в 1989 г. и получившему "Золотую пальмовую ветвь" в Канне (председателем жюри в тот год был Вим Вендерс).
Режиссер Антон Кузнецов - не первый, кому пришла в голову идея перенести камерную кинодраму на сцену: в 1992 г. то же самое сделал в Новом Рижском театре Алвис Херманис. Сценарий Содерберга и в самом деле напоминает пьесу: в нем всего четыре персонажа, мало действия и много разговоров.
Будь Содерберг англичанином и сочини "Секс, ложь и видео" на 2 - 3 года позже, его записали бы в ряды модного течения new writing ("новая драма") и заставили сутками сидеть на репетициях собственного опуса в лондонском театре Royal Court - знаменитом инкубаторе молодых драматургов.
Вспомним для примера недавно показанное в Москве "Прикосновение" главного "ньюрайтера" Патрика Марбера - там тоже была история про секс и ложь, только видео заменили Интернетом.
В начале 90-х сексуальная революция осталась далеко позади, зато ее последствия в виде СПИДа и других радостей свободной любви успели не на шутку напугать чувствительную западную публику. В этом контексте главный герой фильма - бывший хиппи, который после психологической травмы стал бояться физической близости и начал записывать женские сексуальные исповеди на видеокамеру - виделся фигурой знаковой. Пафос 26-летнего Содерберга состоял в том, что любовь и секс - понятия неразделимые, а пренебрежение тем или другим чревато ущербностью.
Зритель легко узнавал в персонажах фильма (которые воплощали четыре различных типа сексуального поведения) себя, своих друзей и соседей по офису. А узнав, соображал, что Содерберг указал ему если не выход из психологического тупика, то по крайней мере дверь, за которой этот выход следует искать.
Для Антона Кузнецова и его актеров все эти проблемы - звук пустой. Слушая в театре Табакова диалоги про мастурбацию или первый сексуальный опыт, невозможно отделаться от ощущения, что авторы спектакля воспринимают их как какую-то экзотику вроде танцев папуасов. Дело даже не в том, что они не умеют говорить о сексе. Просто им на эту тему абсолютно нечего сказать. Отсюда труднопереносимая фальшь, сквозящая в каждой сцене спектакля.
Актеры (Марина Зудина, Максим Виторган, Ярослав Бойко и Анастасия Заворотнюк) стараются, волнуются и отчаянно "переживают", но, кажется, никак не могут взять в толк, по какому, собственно, поводу: коллизия, лежащая в основе сценария, оставляет их глубоко равнодушными.
Для героев Содерберга секс был способом понять свои отношения с миром. У Кузнецова, прилежно воспроизводящего сюжет фильма, это всего лишь слово из четырех букв - напечатанное крупным шрифтом, оно недурно смотрится на театральной афише.
Бывают случаи, когда выхолащивание сути компенсируется рафинированностью формы. Но "Секс, ложь и видео" в театре Табакова - не из их числа. Антон Кузнецов не слишком напрягался, сочиняя мизансцены к своей постановке. Большая часть спектакля выглядит примерно так: актеры выходят, садятся на кушетку и, поговорив минут десять, расходятся. Череду унылых эпизодов разнообразит лишь заявленный в названии видеоаттракцион: по краям площадки установлены два монитора, на которых время от времени появляются действующие лица. Этот скромный синтез искусств производит довольно странный эффект: в телевизоре актеры выглядят естественнее, чем на сцене. Марина Зудина, к примеру, очень убедительно моет раковину и чистит пылесосом ковролин. Но как только начинается разговор об оргазме и прочей физиологии, убедительность моментально пропадает. То, что вы хотели знать о сексе, но боялись спросить, артисты театра Табакова вам не расскажут - потому что не знают сами.