"Производство - тяжелобольной, за которым надо ухаживать"
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ - Карьера женщины-руководителя в советские времена была исключением, подтверждающим правило. Правило "стеклянного потолка" - т. е. то, что, несмотря на идеи всевозможного равенства, слабому полу не место на высоких должностях. Ну разве что в легкой промышленности... Галина Синцова, ставшая генеральным директором швейной фабрики "Первомайская заря" еще в 1979 г., не только обеспечивала плановые показатели, но и, безусловно, украшала своим присутствием серые партхозактивы. Теперь она возглавляет одноименное АО, которому удалось найти солидного иностранного инвестора - шведскую компанию Kellermann, создать сеть фирменных магазинов и раскрутить собственные торговые марки.
С Галиной Синцовой мы договорились встретиться в ресторане "Строгановский двор". Всего несколько шагов с Невского проспекта под арку бывшего дворца графа Строганова (ныне филиала Государственного Русского музея) - и попадаешь в большой шатер, внутри которого расставлены столики и плетеные стулья. Шатер - очень удобная конструкция, поскольку отпадает необходимость в вентиляции. А проблема отопления в холодное время года решается с помощью специальных обогревателей.
Попивая минералку, слежу за входом в ресторан - там то и дело появляются стайки туристов. Практически все они, независимо от комплекции и возраста, одеты в шорты. На их фоне женщина в платье и туфлях на каблуках выглядит совершеннейшей бизнес-леди. Впрочем, не только выглядит. Поздоровавшись и присев за столик, моя гостья деловито осведомляется, сколько у нас времени и о чем пойдет речь.
С Галиной Синцовой надо говорить большей частью о деле, хотя хочется - о моде. Она не раз подчеркивала, что одевается только в продукцию "Первомайской зари" (или "Первомайки", как панибратски называют фабрику в Петербурге). Обычно отдает предпочтение жакетам и брюкам, которые, надо отметить, сидят на ней превосходно. Сегодня она изменила себе. На ней элегантный наряд, напоминающий полупрозрачную тунику, надетую на такое же легкое платье. "На самом деле это одно платье, просто двухслойное, у нас была такая модель", - объясняет Синцова.
Наперечет помня прошлые коллекции и уже продумывая фасоны будущих, она ни на миг не забывает о типичной покупательнице: "Это, безусловно, деловая женщина, рабочий день которой проходит в офисе. Мы даже выпустили рекламную продукцию - "Зарина": удачный день". Буклет построен на том, что вот женщина приходит на работу, вот она в банке, вот проводит совещание, вечером идет в театр, ресторан. Целый день можно провести в нашей одежде".
Кроме "Зарины" - это самая популярная марка "Первомайской зари" - фабрика выпускает более дорогие и эффектные наряды под маркой "Зарина-Ванана". Есть и "Зарина Плюс" - одежда для полных женщин. Одним словом, трудно представить, что лет десять назад "Первомайская заря" шила халаты и простенькие ситцевые платья.
"Пришло время, примерно 1993 г., когда мы поняли, что если не привлечем большие деньги - а нужно было около $3 млн, - то мы постепенно умрем, - рассказывает Синцова. - Мы выпускали один уровень ассортимента - дешевые халаты, платья, - и у нас хватило бы денег, чтобы продолжать, но это никому не было нужно. Надо было подняться на следующую ступеньку".
Фабрика тогда развивалась исключительно на свои средства, а кредиты брала только на поддержание оборотных средств. Синцова вспоминает, как ходила по банкам с бизнес-планом, рассказывала, как все будет здорово. "Все соглашались, но могли дать кредиты всего на год и под 100 - 150% ".
В это время на фабрике работала маркетолог из Швеции. Она-то и познакомила Галину Синцову с Дэвидом Келлерманном, главой шведской фирмы Kellermann, которая шьет одежду и торгует ею и которая впоследствии стала партнером и акционером. Опираясь на помощь Kellermann, "Первомайская заря" приобрела производственное и торговое оборудование, ткани, построила фирменную торговую сеть, обучила сотрудников. Процесс сближения был долгим: нужно было оформить все по правилам ("Иначе бы я не согласилась", - совершенно по-женски комментирует Синцова), подготовка эмиссии шла почти полтора года, второй этап инвестиций завершился только в 1999 г.
Сегодня шведам принадлежит 50,6% "Первомайской зари", и фабрика шьет одежду в том числе и для экспорта в Швецию. По такой же схеме Kellermann работает в Эстонии, где фирма начала работать еще до прихода в Россию.
Нам приносят заказ. Моя гостья выбрала салат "Нисуаз", я - салат с сыром рокфор, яблоками и грецкими орехами. В больших стеклянных мисках они выглядят аппетитно, однако на поверку оказывается, что роль основного ингредиента в обоих случаях играет тонко шинкованная свежая капуста. Скрашивают впечатление десерты - теплый яблочный пирог в сопровождении крепкого "эспрессо" и чизкейк с соусом из красных ягод.
Моя собеседница говорит, что любит такие полуоткрытые кафе, как на Монмартре в Париже. Там уютно и в любое время года тепло. В Париже она бывает дважды в год, на показах моды pret-a-porter - нужно быть в курсе мировых тенденций. Фабрика одной из первых в России стала готовить сезонные коллекции и проводить - к радости покупателей - распродажи несезонных вещей.
Конечно, такой радикализм был бы невозможен без собственной торговой сети: в Петербурге у фабрики восемь магазинов, через которые продается около 40% всей продукции. Через фирменные секции в крупнейших городских универмагах уходит всего 15% продукции "Первомайки", столько же продается в Москве, остальное - по регионам России. В 1999 г. фабрика изготовила 556 000 единиц продукции, объем продаж составил 146 млн руб., балансовая прибыль - 33 млн руб.
Собственные магазины позволяют в определенное время поставлять определенный товар, представлять новые коллекции, сопровождая их рекламной информацией. Теперь в планах "Первомайской зари" - собственные торговые точки в Москве. Сейчас в столице работают шесть фирменных секций, есть три крупных дистрибьютора. Но этого петербургской фабрике уже мало.
"Москва для меня всегда была целью. Сейчас прорабатываем создание собственного магазина - самостоятельно или через партнеров. Все-таки надо быть немного москвичом, чтобы там нормально работать", - говорит Синцова.
Инвестиции в собственный магазин могут составить 10 млн руб., а срок их возврата - два года. Следующим этапом, судя по всему, будут магазины в других крупных городах.
"Конечно, торговая сеть - это дополнительные расходы, - соглашается Синцова. - Но по-другому ничего не сделаешь. Это дорого, но все-таки достаточно эффективно - своя сеть никуда не уйдет, она не перекинется к другому производителю".
Похоже, что Синцова любит все контролировать сама. Но главная ее любовь и забота все-таки в производственной сфере. "Здесь всегда требуются немедленные решения, ничего нельзя отложить на завтра, - говорит она. - Производство - как тяжелобольной, за ним все время надо ухаживать".
Сейчас ее больше всего волнуют персонал и технологии. Чтобы пополнить редеющие ряды швей, многие из которых уже достигли пенсионного возраста, фабрика заключает договор о сотрудничестве с лицеем. Чтобы повышать уровень специалистов среднего звена - готовит собственные внутренние программы. В техническое развитие в этом году гендиректор "Первомайки" планирует вложить $300 000 ("для нас это много"). Уже куплены парогенераторы, которыми заменят устаревшие и неэкономичные утюги, а также два компьютеризованных рабочих места конструктора. "Задача в том, чтобы быстрее создавать модели, быстрее работать над лекалами. Это значительно ускорит процесс создания коллекций", - говорит Синцова.
Тут я замечаю, что "западное" отношение Синцовой к клиенту совсем не соответствует ее "советскому" производственному опыту. "Откуда это? " - спрашиваю я. Может быть, повлияла стажировка в Америке - насколько я знаю, такой эпизод в биографии Синцовой тоже был. Или общение с иностранным инвестором.
"Наверное, повлияло то, что я начинала в ателье мод на Невском, 12, - отвечает моя собеседница (у этого эксклюзивного ателье было еще и неофициальное название: "смерть мужьям"). - Нужно было держать очень высокий уровень обслуживания. Там только покупатель и ты, и если покупатель не купил у тебя, значит, купит где-нибудь еще. Весь сервис был ориентирован на клиента. Я хоть и работала в экономической службе, но это отношение пронизывало все ателье. Ну а когда попала на фабрику, где всем руководили сверху, подчинилась. А потом пришло новое время - думаю, как раз то, что мне и надо".