"Наши инвестиции, наши мифы"

Другой фильм, безусловно выделяющийся на фоне программы и уже ставший сенсацией фестиваля, - это "Учительница музыки" немца Михаэля Ханеке. Он представляет в конкурсе фестиваля Францию, однако не отважусь сказать, что французскую душу, - несмотря на главную героиню в исполнении Изабель Юппер и ее мать (по фильму) в исполнении Анни Жирардо. Если про характерную роль старухи-матери можно сказать, что она сыграна великолепно, то Изабель Юппер предстает не просто как профессиональная актриса. Она создает сложнейший образ с тончайшими гранями между сдержанной страстью и душевным безумием, огнем желаний и холодом отточенных форм, - образ, сравнимый меньше всего с галльской поверхностной чувственностью. Действие фильма, в котором происходит краткий роман между героиней Юппер Эрикой и молодым красавцем Валтером (Бено Мажимель), разворачивается в Вене, в Венской консерватории, где Эрика является профессором-педагогом. В свободное от мазурок Шопена время она посещает порношопы, где иногда застает своих учеников. Однако цель у нее другая, и вот она одна в кабинке нажимает на кнопку, выбирая порнуху, идущую по разным каналам. Крупный план. Пожалуй, Большой фестивальный дворец в Каннах такого еще не видел. Монтажный стык - мы видим глаза Эрики, а в них бездну. Потом будет бурный роман с Валтером (все, что героиня проделывает с ним, будет "ниже экрана"), где он, нормальный красивый парень, за несколько "уроков музыки" превратится в садиста. Напротив, героиня Юппер затоскует по человеческим чувствам, но, долгое время загнанные в подполье, они столкнутся с таким наворотом садо-мазо, отпечатавшимся на чувственности героини бесповоротно (на основной "винчестер"), что Фрейд просто отдыхает. Зато режиссер Ханеке бодр, свеж и весел - еще бы, ему довелось возбудить тишь и гладь; по морю пошли волны, переходящие в штормовое предупреждение: "золотая пальма" первый раз за фестиваль получила реального претендента.

КАННЫ - Не позавидуешь жюри 54-го Международного кинофестиваля в Каннах. И так-то не просто сравнивать фильмы, снятые в разных жанрах и с разными бюджетами, а тут еще в конкурс попал полнометражный мультипликационный фильм "Шрек", представленный компанией UIP. Обращаю внимание: в конкурс! То есть герои фильма, которые "играют" весьма интересно, у которых бесконечно разнообразное выражение лица и богатство интонаций, - вполне достойные конкуренты Николь Кидман и Юэну Макгрегору (и прочим претендентам) в номинациях "лучшая актриса" и "лучший актер". Что-то не припомню, чтобы мультипликационный фильм включался в конкурс не анимационного фестиваля; в Каннах этого не было 50 лет уж точно, но история кино пишется здесь и сейчас, не будет ничего удивительного, если, скажем, актриса Камерон Диас, озвучивающая принцессу Фиону, вместе со своим персонажем получит "золотую пальму" за исполнение лучшей женской роли. А мужская просто вне конкуренции. Если принцессу Фиону все-таки "переигрывает" Изабель Юппер из фильма "Учительница музыки" (о нем позже), то у героя мультика на данный момент конкурентов нет. Шрек - так его зовут - это обаятельный урод, монстр, но у него есть все шансы завоевать симпатии международной детворы. Авторы фильма внимательно подошли к его образу не только с визуальной точки зрения - в каждой стране, где пока планируется прокат фильма, его герои будут говорить голосами любимцев той или иной национальной культуры. Так что фильм "Шрек" просто обречен на успех, причем глобальный - соответствующие аттракционы расползутся по всему миру. Право, испытываешь энтузиазм, когда присутствуешь при рождении чего-то не просто значительного, но системообразующего. Причем рассчитанного на детей, программирование сознания которых всегда было отдано на откуп традиционным (местным) культурам и мифологиям. Соотношения между добром/злом и красотой/счастьем в этих традиционных сказочных мирах в разных странах примерно одинаково. Золушки всегда прекрасны, а ведьмы всегда уродки. Иваны Царевичи всех времен и народов всегда красавцы, а Змеи Горынычи всегда мерзкие твари. Зло и безобразие, добро и красота в сказках всегда гуляют вместе. Хватит, решили в Голливуде. Наши инвестиции, наши мифы. А почему нет? И вот добродушный монстр Шрек, спасая принцессу Фиону, своим поступком покоряет ее сердце в нарушение даже сказочной логики: принцесса должна достаться принцу, а не уроду, пусть хорошему. Гадкий утенок должен стать белым лебедем, а не наоборот. Но дело даже не в том, что принцесса испытывает безнадежную любовь к уроду. Фишка в том, что свою магическую власть она использует для того, чтобы самой стать уродкой и сделать близость с уродом более гармоничной. Что ж, если это желание большинства (а без социологической интуиции продюсера в Голливуде считай что нет), тогда остается только поставить диагноз: "Шрек" - это идеология, причем со всеми запрещенными приемами. Мне возразят, что урод - тот же чужестранец в обществе, и делать его человечным вполне прогрессивно. Но если этот пафос экспансивен настолько, что предполагает наше сочувствие к жесту прекрасной принцессы, выбирающей уродство ради близости с монстром, то не имеем ли мы дело с идеологией поэтизации уродства? Не с идеологией уважения и добрососедства с инакосущими, а с культом уродства как безусловной ценности грядущего большинства. (Если посмотришь на второе поколение несчастных, чьи родители по бедности всю жизнь питались в "фаст-фуде", то генетические изменения просто бросаются в глаза.) А если учесть еще и ассоциативные связи вроде голоса Эдди Мерфи, который озвучивает верного Санчо Панса Шрека - милого ослика, то образ генетически изуродованного симпатяги вроде "чокнутого профессора" позволяет зрительскому "рецептору" идентифицировать себя с героем и его окружением с особой легкостью. Однако главная цель "Шрека" - это детки, чье сознание еще барахтается среди ценностных ориентиров. В данном случае программирование на уровне мультика всегда беспроигрышно: безупречно сделанный "Шрек" (реж. Эндрю Эдамсон и Вики Дженсон), где в каждом кадре больше таланта, чем в ином конкурсном игровом фильме, будет победно идти по миру. Ну а тем, кто еще отличается от монстров и уродов, которым в фильме достается высшая награда сказок - счастье, тем остается надеяться, что, когда они останутся в меньшинстве, им тоже предоставят место под сказочным солнцем. Хотя бы из милости (т. е. политкорректности).