Щи по-брюссельски
Сегодня по пути на саммит G8 в Канаде самолет Владимира Путина совершит короткую посадку в Минске. Российский президент постарается убедить Александра Лукашенко в невозможности белорусского вето на решения наднационального органа союзного государства. Если Лукашенко не согласится, то ему предложат интегрироваться с Россией по принципам, на которых работает Евросоюз. Вчера российский лидер продолжил заочную дискуссию с восточным соседом о путях единения двух стран. Приоритет Путина остался неизменным - "единый парламент, правительство, страна". Это означает, что решения наднационального органа, куда войдут высшие руководители союзного государства, должны иметь абсолютный приоритет над законодательством каждой из стран. Такая схема не устраивает официальный Минск, который вписал в проект конституционного акта союзного государства верховенство решений наднационального органа и одновременно право вето Белоруссии на его решения. Столь противоречивые представления Путин назвал юридической кашей и предложил отделить котлеты от мух. Лукашенко оскорбился.
И напрасно, считает депутат Госдумы Владимир Семенов: "Учитывая, что белорусский ВВП составляет 3% от российского, вето на решения наднационального органа выглядит противоестественно. Россия не раз списывала Белоруссии долги на сотни миллионов долларов. Поэтому объединение больше нужно Лукашенко, чем России".
Чтобы снизить градус диалога, Путин предоставил Лукашенко на выбор два варианта объединения. Первый: страны делегируют наднациональному союзному органу вопросы обороны, безопасности, налоговой, таможенной, денежно-кредитной политики. Парламенты Белоруссии и России не смогут ветировать его решения. Пресс-секретарь исполкома Союза России и Белоруссии Иван Макушок полагает, что доля голосов в наднациональном органе может быть такой же, как в бюджете союзного государства: треть принадлежит Белоруссии, две трети - России.
Но и такая пропорция не вдохновляет Лукашенко, поскольку тогда "контрольный пакет" акций союзного государства окажется в руках Москвы, которая сможет единолично определять, например, размеры денежной эмиссии и регулировать курс единой валюты. Если Лукашенко дорого право вето, Путин согласен выдвинуть другую модель, приняв за основу механизм, существующий в ЕС. В этом случае, как в Европарламенте, решение союзного парламента обретает силу национального закона после его утверждения национальными парламентами. "И тогда никто не скажет, что большой сосед навязал то или иное решение, и никто не скажет, что экономика России вынуждена во вред себе принимать какие-то решения и во благо белорусской экономики", - замечает Путин. Подобный механизм, однако, не устранит доминирования России. По словам пресс-секретаря представительства ЕС в Москве Сильвии Кофлер, голоса в Совете министров ЕС распределяются в соответствии с экономическим весом стран, численностью населения и другими критериями. К примеру, из 87 голосов, приходящихся на 15 стран, Германия, Франция, Англия, Италия имеют по 10, а Люксембург - два, Испания - восемь голосов, а Бельгия, Греция, Португалия, Нидерланды - по пять. Другое дело, что при решении важнейших вопросов требуется абсолютное единодушие, а утверждение торговых решений, антидемпинговых процедур - квалифицированного большинства в 62 голоса. Одни решения должны утверждаться Европарламентом, а другие целиком отнесены к компетенции исполнительных органов ЕС. Чтобы снять возникшее напряжение между официальным Минском и Кремлем, по дороге в Канаду Путин на пару часов приземлится в Минске. Вряд ли этого хватит, чтобы склонить Лукашенко к одному из вариантов. Пока же белорусский батька тянет время. Еще до утверждения Конституционного акта Союзного государства он уже многое получил. С 1 мая нефть, газ и электроэнергия продаются в Белоруссии по внутрироссийским ценам. При этом Белоруссия еще не отказалась от льгот национальным предприятиям, переведя их из формы указов Лукашенко в бюджетное субсидирование. Однако Путин на компромиссы не настроен - "пора прекратить жевать жвачку 10 лет".