ОТ РЕДАКЦИИ: Серый люкс
Сегодня газета "Ведомости" публикует обзор рынка товаров класса люкс, из которого следует удручающий вывод. Вместо примерно $60 млн в год, которые должны достаться государству (если считать по нынешним таможенным ставкам) от импорта дорогих костюмов, платьев, часов и других подобных товаров, оно получает на порядок меньше.
Впрочем, цифра недополученного дохода - скажем, более $55 млн - интересна в первую очередь как оценка эффективности серых таможенных услуг в отдельно взятом секторе экономики. Назначив высокие таможенные пошлины (например, 20% для костюмов), государство создает прекрасные возможности таможенникам для левого заработка, а ловким компаниям для конкурентного успеха на рынке. Как говорит президент компании "Крокус" Арас Агаларов, "это масса людей, которые ничего не производят: одни ставят барьеры, другие их преодолевают, и в этом процессе обменивают административный ресурс на деньги и обратно". Это такое специфическое know-how, которым владеют в основном отечественные игроки. При этом норма прибыли торговцев зависит во многом лишь от их наглости: кто-то снижает таможенную стоимость в 20 раз, а кто-то - в 50. Поэтому неудивительно, что владельцы таких международных марок, как Prada, Valentino и Kenzo, не открывают здесь собственные магазины, а работают через местных посредников. Ведь одновременно платить государству пошлину по полной ставке и выдерживать конкуренцию практически невозможно. "Можно пойти на снижение норматива прибыли и попробовать заплатить все на таможне, - говорит руководитель крупной сети бутиков. - Но это означает, что ты будешь... смотреть, как твои конкуренты открывают новые площади, на которые у тебя нет средств". И это относится не только к товарам класса люкс: по всему российскому потребительскому рынку компании работают в схожих условиях. Иначе такая профессия, как "таможенный брокер", не существовала бы.
Единственный способ решить эту проблему - радикально снизить таможенные пошлины или НДС, чтобы было выгоднее платить, чем обходить. В сфере дорогой одежды, например, сами торговцы оценивают свои расходы на растаможку и уплату НДС приблизительно в 20% от стоимости товара. То есть, если совокупная нагрузка пошлины и НДС будет ниже 25%, это вполне приемлемо (включая некую плату "за легальность"). Государство вряд ли бы получило меньше денег, а торговцы могли бы конкурировать на основе качества стратегии, обслуживания и товара - более полезные know-how в условиях глобализации, чем умение договариваться с таможней.