АМЕРИКА И МИР: Новая эра
США и Великобритания нападут на Ирак Саддама Хусейна на будущей неделе. Это почти наверняка. Президент США Джордж Буш давно решил, что война будет. Вопрос не в том, будет ли война, а в том, даст ли остальной мир свое благословение на эту войну и когда это произойдет. Этот момент определяет начало новой эры. Единственная сверхдержава в мире уничтожит презренный режим, который при этом не представляет собой непосредственной угрозы. Она сделает это, невзирая на мнение соседей Ирака, большинства собственных союзников и остальных крупных держав. Среди последних только Великобритания сохраняет верность США ценой огромного риска для политического будущего Тони Блэра, ее премьер-министра.
Добро пожаловать в мир "пост-пост-холодной войны". Новый мир американского превосходства и агрессивных односторонних действий родился одновременно с терактами 11 сентября. Война против Хусейна превратит эти события в эпоху.
Итак, каковы могут быть ее последствия? Чтобы проанализировать этот вопрос, начнем с тех идей, которыми вдохновляются США. После 11 сентября администрация США приняла в качестве лозунга древнюю латинскую поговорку: безопасность республики - высший закон. Поскольку долг государства - защищать своих граждан, оно не только имеет право, а обязано предпринимать необходимые действия. Чем больше могущество государства, тем больше оно в состоянии - и обязано - делать. Дебаты внутри администрации идут между сторонниками двух противоборствующих версий этой доктрины. В одном лагере уверены, что во власти Америки - а потому и в ее интересах - "перестроить" своих врагов. Это современная форма либерального империализма XIX в. В другом уверены, что во власти Америки - а потому и в ее интересах - попросту уничтожать своих врагов. Это современная форма национализма XIX в. Какой лагерь победит, будут определять события, а не идеи. Я полагаю, что из соображений экономии сил скорее победит второй лагерь, после чего США постараются превратиться в крепость. Однако, какая бы сторона ни победила, существует пять весьма вероятных последствий этих геополитических доктрин, краткосрочных и долгосрочных.
Во-первых, после завоевания Ирака перед США встанет задача восстановления раздробленной страны в слабом и озлобленном регионе. Однако из-за того, что Ирак занимает в регионе центральное место, перед США встанет более сложная задача передела этого региона. Если Америка не сумеет ее выполнить, она рискует оставить регион в еще более ожесточенном состоянии.
Во-вторых, в условиях анархии сильные делают, что могут, слабые разглагольствуют о морали, а те, что посередине, сбиваются в кучку в поисках комфорта. Альянс Франции, России и Китая в Совете Безопасности ООН - предсказуемый ответ. Однако в обозримом будущем эта коалиция останется слабой в сравнении с мощью США. Коалиция может стать силой, только если объединится Европа или Китай сумеет сохранить бурный экономический рост на протяжении еще минимум двух десятилетий.
В-третьих, европейское единство может на деле быть крепче, чем кажется многим, и все из-за стратегии Блэра. Великобритания больше не мост между США и Европой, из-за выбора, который сделал Блэр, она теперь пристала к берегу США. Если это решение, принятое вопреки желанию большинства в его партии и в стране, будет воспринято как катастрофа, давняя политика Британии следовать одним курсом с США подвергнется серьезному испытанию на прочность. Одним из результатов этого испытания может стать завершение карьеры Блэра. Другим результатом может стать решение британской элиты переметнуться на сторону антиамериканской коалиции. Это, в свою очередь, сильно расширит возможности Европы и ее стремление проводить независимую политику.
В-четвертых, американские поиски абсолютной защищенности оставляют других незащищенными. Любая страна, которую США рассматривают или могут рассматривать в качестве источника угрозы, должна по логике самих США постараться обезопасить себя, заполучив оружие массового поражения. Эту администрацию, похоже, в принципе мало заботит нарушение режима нераспространения. Однако ее сильно заботит, что оружие попадает во вражеские руки. Похоже, из-за политики упреждающего удара этот процесс скорее ускорится, чем замедлится: Хусейн подлежит уничтожению, Ким Чен Ир, похоже, в безопасности. Тираны не могут не усвоить такой урок.
Наконец, США взяли на вооружение еще одно древнее изречение - враг может ненавидеть, пока он боится. Ненависть и унижение порождают терроризм. Ну что ж, США готовятся к долгой войне со своими врагами. Шансы, что им удастся уничтожить терроризм военными средствами не больше, чем шансы Ариэля Шарона добиться той же цели для Израиля.
Теперь обратимся к экономическим последствиям. Многие полагают, что после окончания войны неопределенность и сомнения, мучающие сейчас мировую экономику, уйдут, уверенность вернется и экономика выздоровеет.
Надеюсь, это правда. Но боюсь, что нет. Одна из причин в том, что Хусейн может разрушить иракские нефтяные месторождения, сделав и без того узкий нефтяной рынок еще уже, и цены на нефть останутся высокими. Кроме того, вероятны новые военные операции. Может последовать конфликт с Ираном. Далее маячит Северная Корея. Кроме того, США пока находятся в процессе выхода из рецессии. В то время как корпоративный сектор более-менее оправился, потребительский еще и не начал восстанавливаться. Поскольку Япония и Германия, вторая и третья экономики мира, страдают от хронически низкого уровня потребительского спроса на внутренних рынках, вряд ли стоит ожидать скорого и сильного оживления глобальной экономики.
Однако беспокоит и долгосрочная перспектива. Глобальный экономический порядок зиждется на сотрудничестве прежде всего в области международной торговли. Даже США не в состоянии достичь глобального процветания в одиночку. Не могут они рассчитывать и на то, что другие станут соблюдать правила, которым сама Америка следовать отказывается. Здесь, она связана международным законодательством. Как долго будет страна, привыкшая к роли непререкаемого судьи и присяжных в одном лице, прислушиваться к суждениям других о своей экономической жизни? Этот момент определит облик нашего мира, хорошо это или плохо, на годы, а то и десятилетия вперед. Позвольте, однако, внести ясность. Я не утверждаю, что война - это ошибка. В пользу войны можно выдвинуть много аргументов. Я не говорю, что позиция ее оппонентов правильная; они сами зависят от постоянного присутствия армий США и Британии. Я не говорю, что Ближний Восток переделывать не следует. Было бы прекрасно, если бы его можно было переделать.
Я говорю, что, если США будут вести себя только как держава XIX в. - либерально-империалистическая или националистическая - того типа, к которому они некогда питали отвращение, это приведет к созданию мира XIX в. Примеры имеют значение. Великие примеры имеют огромное значение. Американский народ должен задать себе вопрос, хотел бы он жить в таком мире на самом деле. (FT, 12. 03. 2003).
Автор - обозреватель Financial Times