ПРАВИЛА ИГРЫ: Жизнь лица
Недавно мне пришлось узнать, что российское понятие "юридическое лицо" совершенно уникально. Конечно, в профессиональном сленге юристов всех стран содержится некоторое определение (в английском это legal entity) , отсылающее к тому факту, что зарегистрированная "фирма" не идентична ни своим учредителям, ни предприятию в экономическом смысле, т. е. единому целому, действующему на рынке. Но обсуждение в компании десятка высокообразованных американцев - экономистов, социологов и MBA - показало, что им трудно даже объяснить, что такое "юридическое лицо" в том смысле, в котором с лету понимает эти слова рядовой читатель российских газет. С переводом в результате помогли русскоговорящие друзья. Для западного человека компания есть компания, она как-то там зарегистрирована, ответственность учредителей определенным образом, в зависимости от формы регистрации, ограничена - это все.
Не так относятся к понятию юридического лица в России. Юридическое лицо - пакет документов и отчетности, на бумаге воспроизводящий деятельность фирмы, - живет своей, совершенно независимой жизнью. Юрлица продают и покупают, часто в полном отрыве от реального бизнеса, их меняют как перчатки, заводят под конкретную "тему", поддерживают впрок на плаву. Их регистрируют под ключ и "ликвидируют безболезненно в кратчайшие сроки". Их дарят приятелям, одалживают попользоваться знакомым. В моем архиве есть история о том, как "пустое" юрлицо сыграло роль борзого щенка. В повседневном языке "владелец фирмы" - это действующий бизнесмен. А кто такой "владелец юридического лица"? Человек, у которого есть в кармане какая-то зарегистрированная печать, поэтому он может, ну, например, сделать банковскую проводку. "По ходу дела мы использовали разные юрлица, - говорит совладелец бизнеса с 10-летней историей, - у меня изначально была парочка, у партнеров тоже какое-то ЗАО имелось. .. " И мы отлично понимаем, о чем речь. Датой учреждения фирмы считается при этом день, когда хозяева всех этих ЗАО собрались за рюмкой чаю и решили действовать совместно на постоянной основе.
У Н. нет сейчас никакого бизнеса, но имеется юрлицо, которое он на всякий случай поддерживает (т. е. продолжает сдавать в налоговую балансы - вдруг пригодится). У НН, напротив, небольшой бизнес имеется, а юрлица нет; надо будет что-нибудь провести официально - можно попросить Н. о помощи. У ННН старая, уважаемая фирма, у этой фирмы есть полтора десятка юрлиц - на одно получена лицензия, на втором висит выделенная земля, третья - хотели использовать как однодневку, а потом разочаровались в идее - лежит про запас; отчетность по всем по ним, естественно, ведет бухгалтерия фирмы ННН.
Короче говоря, юрлицо - это такой специальный актив, особая собственность, вроде денег (и обращаемая в деньги - в отрыве от стоящего за ним бизнеса). Только что вот взносы в уставный фонд ею делать нельзя, все остальные экономические операции, кажется, можно. Это самостоятельное значение юрлица происходит оттого, что его функция - служить буфером между государством и реальной фирмой, полем, на котором они встречаются, - в наших условиях гипертрофирована. На Западе учет и отчетность - это язык, которым фирмы разговаривают (необязательно, конечно, с полной откровенностью) с государством. В России учет и отчетность формируют щит, которым фирма от государства прикрывается, - то самое обретшее собственную жизнь "юрлицо".
Автор - докторант факультета социологии Университета Мичигана