У каждого четвертого россиянина есть родственники с диагностированной деменцией

Почти у четверти (24%) россиян есть или были родственники с диагностированной деменцией, следует из ежегодного исследования Аналитического центра НАФИ и социального проекта Деменция.net (есть у «Ведомостей»). При этом из года в год число не понаслышке знакомых с симптомами этого состояния граждан увеличивается. В 2024 г. с деменцией в ближнем окружении сталкивались 18% респондентов, а в 2025 г. – уже порядка 21%.

Вместе с тем растет и осведомленность о состоянии. Абсолютное большинство (86%) россиян слышали о деменции. Тем не менее россияне по-прежнему не знают, как действовать при подозрении на когнитивные нарушения. 83% не знают о методах диагностики или затруднились ответить на вопрос.

Больше половины опрошенных (52%) предполагают, что в случае деменции у члена семьи забота о нем ляжет на плечи родственников. Главной сложностью ухода респонденты при этом считают эмоциональную нагрузку: 43% боятся видеть, как близкий человек меняется и перестает быть собой, 33% – мириться с тем, что он может перестать узнавать родных. Порядка 30% опрошенных также отметили, что уход за родственником с деменцией будет сложно совмещать с работой и заботой о семье.

По словам руководителя социального проекта Деменция.net Натальи Русаковой, уход требует значительных расходов: на лекарства, обследования, средства гигиены, технические средства реабилитации и специальное оборудование. В связи с этим поддержка родственников требует отдельного внимания, отметила генеральный директор Аналитического центра НАФИ Гузелия Имаева.

Многие пациенты с деменцией имеют инвалидность и, соответственно, право на предусмотренные законом льготы и меры поддержки, сказал «Ведомостям» сопредседатель Всероссийского союза пациентов Ян Власов. Сложности с диагностикой когнитивных нарушений, маршрутизацией пациента между разными этапами медпомощи и организацией системной поддержки семей при этом сохраняются, добавил он.

Особые трудности возникают, когда человека уже нельзя оставить в одиночестве, говорит руководитель Клиники неврологии Европейского медицинского центра Виталий Акимов: он может перестать узнавать родных, забыть, как одеваться, готовить еду, пользоваться туалетом. Меняется и поведение – появляются подозрительность, необоснованные обвинения, галлюцинации и раздражительность. У некоторых, наоборот, развивается апатия, добавил он.

У ухаживающего могут возникать противоречивые чувства: любовь и нежность одновременно со злостью, раздражением, усталостью, виной и даже желанием иногда побыть подальше от близкого, сказал «Ведомостям» клинический психолог платформы Alter Евгений Щеглов. Постоянная необходимость контролировать состояние другого человека, принимать решения за него и быть готовым к непредсказуемому поведению постепенно истощают психические ресурсы.

Как правило, деменция развивается у лиц пожилого и старческого возраста, но в части случаев может возникать и раньше – например, при наследственных формах нейродегенеративных заболеваний или тяжелых сосудистых поражениях головного мозга, сказал «Ведомостям» директор Московского научно-исследовательского института психиатрии – филиала НМИЦ психиатрии и наркологии им. Сербского Минздрава Роман Ахапкин. Своевременное обращение к врачам позволяет раньше диагностировать заболевание и подобрать терапию.

Большинство нейродегенеративных заболеваний медицина останавливать пока не умеет, отметила невролог, заведующая Центром восстановительной медицины Скандинавского центра здоровья Анастасия Королева. Некоторые меры, включая контроль сосудистых факторов риска, посильную физическую активность и регулярное наблюдение, могут умеренно замедлять ухудшение состояния, но не гарантируют, что болезнь остановится или человек сохранит самостоятельность на определенный срок.

При этом сегодня наиболее частую причину деменции – болезнь Альцгеймера – можно выявить еще до появления очевидных симптомов, сказал Акимов. Для этого используют анализ спинномозговой жидкости, в которой определяют патологические белки бета-амилоид, тау-белок и его формы. Применяется и позитронно-эмиссионная томография, а также исследуются тесты, позволяющие выявлять биомаркеры болезни в крови.

Отдельно Акимов отметил, что в мире уже существуют препараты, снижающие уровень патологических белков и влияющие тем самым на течение заболевания. По его словам, вскоре они появятся и в России (клинические исследования такого лекарства проводит Институт молекулярной биологии им. Энгельгардта РАН. – «Ведомости»).