Что объединило Московский музей современного искусства и парк «Зарядье»
Юбилейный проект «ММОМА 99/19» совпал с появлением современного искусства в подземном музее возле Кремля![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2020/k/1e58b0/original-1szl.jpg)
Выставки объединяют имена участвующих в них художников. Но если ММОМА демонстрирует последовательность выбранного 20 лет назад художественного курса, то подземный музей «Зарядья» – совершенно новую концепцию.
Кураторы
«MMOMA 99/19» – юбилейный проект Московского музея современного искусства, который в 1999 г. обрел на Петровке, 25, свой первый дом. В городской усадьбе, построенной в 1783 г. Матвеем Казаковым, с отлично сохранившимися классицистическими интерьерами – в прежние времена тут располагалась гимназия (в ней учились братья Бахрушины и Валерий Брюсов), а потом больница – поселилось актуальное искусство. Как теперь кажется, на века.
В подтверждение этой перспективы устроена выставка, призванная продемонстрировать не только твердость намерений, но и изобилие собранной коллекции. Отчасти она нам знакома – работы из собрания музея участвуют во многих выставках вне ММОМА, и проблема была не в том, что именно показать, а в том как.
![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2020/k/1e6t98/original-1t1m.jpg)
Mузей пошел по очевидному пути, распределив главные шедевры по 20 залам, которые предложил собрать разным выдающимся людям. Профессионалы среди них – скорее исключение, но они есть. Один из таких «профессиональных» залов, единственный на первом этаже усадьбы, спланирован создателем музея, президентом Российской академии художеств Зурабом Церетели и выявляет связь его, в то время дипломника Тбилисской академии художеств, с учителем – Василием Шухаевым, который там преподавал. Две версии «Песни о Тбилиси» – обвиненный в формализме диплом Церетели – выставлены рядом с картиной Шухаева.
Профессиональное отношение к искусству имеет и Кэти Чухров – не только исследовательница творчества Булеза и философ, но и теоретик искусства и арт-критик. Она сделала зал «Философия», который с тем же успехом мог бы называться «Политика». Потому что собранные здесь работы Давида Тер-Оганьяна, Виктора Алимпиева и Арсения Жиляева заставляют размышлять об искусстве как средстве политического высказывания и о том, что можно говорить, а чего нельзя.
Другой профи – автор зала «Архитектура», куратор и архитектор Ольга Трейвас, соединившая кинетистов Льва Нусберга и Вячеслава Колейчука, авангардиста Александра Родченко и нонконформиста Виктора Пивоварова с автором бессмертных утопий Яковом Черниховым.
Еще один профессиональный куратор – директор Центра Помпиду Бернар Блистен, которому единственному доверили зал «Искусство». Выбрав две работы Ивана Чуйкова – знаменитый реди-мейд с синим профилем герцога Урбинского («Окно LX IV», 2002) и «Красное море» (1989) из серии «Имитация», Блистен разделил их «Выбором народа» – продолжением истории, затеянной Виталием Комаром и Александром Меламидом десятилетия назад. Тогда художники собрали мнения зрителей о том, какую картину те считают идеальной. В прошлом году, во время выставки дуэта в ММОМА, Меламид, уже один, повторил этот опыт. А Блистен предъявил его нам.
Коллекционеры
Главный же интерес скорее представляют любительские залы – если можно считать любителями в кураторском деле таких опытных коллекционеров, как известный кардиохирург и обладатель действительно выдающегося собрания Михаил Алшибая. Из списка примерно в сотню работ (из ММОМА) он выбрал наиболее близкие себе – Яковлева, Рогинского, Юликова, Злотникова, Свешникова, Рабина, Фейгина, составляющих рифму его личному собранию. Можно только сожалеть, что в движущемся объекте Кулика, ставшем одним из главных акцентов зала, что-то сломалось. И крутиться он перестал.
В зале «Медиа» (куратор – первый редактор русского Vogue Алена Долецкая) предлагается, как в круговой панораме, посмотреть модный показ Comme des Garçons, лежа на круглом диване под металлоконструкцией Анны Желудь. Ее работы сопровождают зрителей на протяжении всего второго этажа.
В «Мореплавании» (куратор Федор Конюхов) события развиваются от зеркального «Космоса» Колейчука к мрачным процарапанным снимкам Юрия Викулина. Даже в комнатах, посвященных танцу (куратор – Диана Вишнева) и кино (куратор – Алиса Хазанова), где акценты на профессии авторов сделаны слишком в лоб, скульптуры Вадима Сидура (в первом случае) и Петра Беленка (во втором) компенсируют недостатки.
Тут вообще есть чему порадоваться, несмотря на некоторую искусственность концепции проекта в целом (его кураторы – Диана Джангвеладзе и Мария Доронина). Потому что нет однозначного ответа на вопрос, как лучше предъявить коллекцию, какую придумать формулу, чтобы логика экспозиции считывалась не просто как желание показать все. Почти два года назад примерно та же задача стояла перед Фондом V-A-C, который продемонстрировал свое собрание в том же здании в трех сессиях. Их сочиняли тоже не профессионалы: в роли кураторов выступали тогда театральные художники и продюсеры, философ и поэт, выбирая произведения по своему вкусу и сообразуясь с собственными идеями.
Однако на нынешней выставке есть и кураторы-герои – Кирилл Серебренников («Театр») и Андрей Малахов («Телевидение»). Из зала Серебренникова не хочется уходить: здесь нет проходных вещей. Есть заслуживающие самого пристального внимания работы Владислава Мамышева-Монро, Хаима Сокола, Анатолия Осмоловского. Пройдя мимо стоящих с протянутой рукой персонажей «Фабрики найденных одежд» Глюкли и Цапли (Натальи Першиной-Якиманской и Ольги Егоровой), детально изучив голубую субстанцию в «Живом уголке» Александра Бродского и подивившись на главный предмет роскоши – портрет работы Фрэнсиса Бэкона, надо непременно остановиться и прочесть откровения, написанные режиссером Серебренниковым от руки, мелом на черных, как в школе, досках: «...Им на все насрать, и на меня, и на искусство. И вообще...»
А в зале Малахова изящество композиции напоминает о том, что автор его на ТВ – грубиян-лицедей, в коллекционировании – ас. У него есть четкая программа, указывающая на грубо извращенную на отечественном ТВ главную функцию любого СМИ – информировать.
Зрители рассматривают работы Бориса Григорьева и Натальи Гончаровой, пересчитывают шестеренки в «Механизмах времени» Армана и улыбаются ироничным холстам Александра Виноградова и Владимира Дубосарского, но не обращают внимания на валяющиеся рядом газеты. И зря. Эти издания конца декабря 1999 г. воссоздают атмосферу времени, которое подарило нам ММОМА. Сообщают, в частности, что «В новый век Россия шагнет с новым президентом» (заголовок из «Независимой»). И вот мы шагнули.
Художники
Обновленный подземный музей парка «Зарядье» – тот, где прежде были выставлены в витринах раритеты из раскопок, круто поменял свою концепцию и начиная с 13 января будет последовательно показывать современное искусство.
Это кажется разумным: археологические находки все, кто хотел, давно посмотрели, пусть посмотрят что-то еще. Выставки нового проекта #три_ планируются недолгими, по две-три недели, но представительными и недвусмысленно указывающими на смену приоритетов. Первый из этих проектов посвящен героям работающей параллельно юбилейной выставки ММОМА Дубосарскому и Виноградову, создан при участии галереи «Триумф» и представляет собой рефлексию на тему хрущевской оттепели.
Это три работы из частных коллекций («Белла», «Голубой огонек» на Шаболовке (Гагарин и Терешкова)» и «Соседка») и мультимедийная инсталляция, в которой можно фрагментарно увидеть фильм Александра Шейна и Евгения Митты «Виноградов и Дубосарский: Картина на заказ». Останки древней деревянной мостовой столицы – центрального и, по сути, единственного постоянного экспоната музея – служат отличным фоном для демонстрации этих ироничных, сделанных как бы всерьез – но именно как бы – вещей. У Дубосарского с Виноградовым оттепель так же не всерьез, как несерьезен в действительности и сам этот парк, символ новой имперской столицы, – парк не природный, а насыпанный на мощном стилобате сталинской высотки. Самой большой, но так и не построенной в самом центре Москвы.
«MMOMA 99/19» – до 17 мая
#три_ – до 2 февраля
![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2020/l/oxvzx/original-wbt.jpg)