Статья опубликована в № 4264 от 16.02.2017 под заголовком: Карьера по горизонтали

Как сделать карьеру после смены профессии

Сначала надо найти правильные аргументы для негативно настроенных работодателей
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Бухгалтер Юлия Носова мечтала жить и работать в Сочи. И ее мечта сбылась. Ее пригласили на работу в бухгалтерию горно-туристического центра «Газпрома» в Красной Поляне. Но через полгода она вдруг поняла: быть бухгалтером в Сочи ей так же скучно, как и в родном Барнауле. Дело не в городе, а в профессии, которая ей уже много лет не нравится. Поначалу девушка решила все бросить, но потом вспомнила о детском увлечении – в детстве ей нравились реклама и рекламные ролики.

Таких людей на российском рынке труда много, показал опрос рекрутинговой компании «Бигл». Исследователи опросили 1800 сотрудников компаний из разных отраслей и городов, а также 300 работодателей. Выяснилось, что 45% опрошенных поменяли профессию кардинально. А из оставшихся 55% чуть более половины (61%) недовольны тем, чем занимаются. 20% из них готовы к переменам, а 19% планируют оставить все как есть.

Бухгалтер на всю жизнь

Причин для смены профессии обычно две: бегство из зоны дискомфорта, будь то неправильный выбор пути в молодости либо низкая зарплата, или затормозившийся рост, говорит заместитель гендиректора кадрового холдинга «Анкор» Татьяна Баскина. Исследование «Бигла» подтверждает: 36% решили поменять профессию на более прибыльную, а 32% занялись тем, что им по-настоящему интересно.

Носова, к примеру, решила стать копирайтером и поэтому поступила в московскую академию коммуникаций Wordshop. Но перед девушкой встало новое препятствие: она обнаружила, что, получив ее резюме, работодатели по-прежнему предлагают ей бухгалтерскую должность. Ее отказ вызывал удивление: разве может человек в стесненных материальных обстоятельствах упорно искать работу в новой профессии, где у него нет никаких достижений? Все, что Носова может предложить, – это студенческое портфолио, поэтому она пока ищет работу копирайтера только через знакомых и одногруппников.

Вертикаль сильнее

В России перепрофилирование – большая редкость, рассказывает Игорь Ануфриев, коммерческий директор International Paper в России, а в прошлом директор Eaton в России. Работодатели хотят, чтобы профиль кандидата чуть ли не до каждой запятой совпадал с описанием вакансии, соглашается Баскина. В кризис компании смотрят на то, что лежит на поверхности, – на имеющиеся знания и опыт, добавляет управляющий консультант по разработкам и исследованиям CEB SHL Алексей Григорьев. Никому не хочется тратить дополнительные деньги на обучение работника из другой сферы, и тем более никто не тратит время на то, чтобы проанализировать внутреннюю мотивацию и скрытые способности кандидата.

Найти преимущества

«Я долгое время считал своим ограничением отсутствие технического образования», – вспоминает Ануфриев. Но однажды ему нужно было продать новую нагнетательную технологию подачи топлива. Он не стал фокусироваться на технических деталях, а сделал технико-экономическое обоснование внедрения технологии. И ему удалось убедить заказчика согласиться на покупку. Тогда, говорит Ануфриев, он понял, что нужно, сознавая свои недостатки, знать и свои преимущества и уметь применять эти преимущества в новой деятельности.

Что мешает

39% работников удерживает от перехода в другую профессию нежелание снизить материальную планку, по данным «Бигла»
20% уверены, что текущая экономическая ситуация – не время для радикальных перемен
13% считают, что надо заниматься тем, что изначально выбрал
7% не хотят снижать должностной уровень

Проблема в том, говорит Ануфриев, что большинство из тех, кто подумывает о радикальной смене сферы деятельности, убеждено, что профессионалами в новой отрасли им не стать, потому что у них нет соответствующего профильного образования и опыта работы. Больше всего люди боятся поменять сферу деятельности из-за страха неопределенности и боязни не достичь успеха, возражает старший консультант Hay Group Александр Маслюк. И чем выше человек поднялся по карьерной или профессиональной лестнице, тем сложнее ему этот страх преодолеть. Тем более что неправильный переход и в самом деле может уничтожить блестящую карьеру.

От сантиметров к ассортименту

Екатерина Ландырева, ныне маркетолог издательства «Манн, Иванов и Фербер», а в недавнем прошлом инженер-проектировщик, быстро обнаружила, что ее прошлая и нынешняя профессии при всем внешнем различии во многом похожи: «Это работа с цифрами. Только инженеры отмеряют сантиметры, килограммы и амперы, а маркетологи – количество товаров, продажи и трафик».

Однако прежняя инженерная профессия казалась Ландыревой скучной, даже несмотря на успехи на профессиональном поприще: несколько домов в Москве и сейчас снабжаются электричеством по разработанным ею схемам. В 2015 г., когда Ландырева пришла на собеседование в издательство, маркетинг казался ей более яркой и творческой стезей. В издательстве девушка прошла три собеседования, написала большое тестовое задание и неожиданно получила предложение. По ее словам, издательство оценило ее личные качества, особенно страстное желание работать в маркетинге и готовность учиться, и дало карт-бланш. Кандидат должен убедить будущего работодателя, что ему очень важно перепрофилироваться, и доходчиво разъяснить свои мотивы, говорит гендиректор «Бигла» Наталья Фридрикова.

Игра в шахматы

Перетасовывать сотрудников и помогать им продвигаться по службе по горизонтали можно и в пределах одной компании, говорит Григорьев. «Процесс внутренней ротации – это как игра в шахматы. Игрок-работодатель думает, как лучше расставить фигуры на доске и где каждая из фигур принесет наибольшую пользу», – объясняет он. Однако российские работодатели редко выделяют на это ресурсы, чаще такая политика принята в крупных международных корпорациях, отмечает Григорьев.

Три правила горизонтального перемещения

Оцените результаты работы сотрудника на прошлом месте. Хороший работник будет хорошо работать везде.
Присмотритесь к характеру «передвиженца». Например, если он обладает даром убеждения, ему место в отделе продаж.
Оцените его аналитические способности. Если он любит работать с цифрами, можно перевести его в финансовый департамент, советует Алексей Григорьев из CEB SHL.

Анна Баданина была менеджером проектов по персоналу компании «Леруа Мерлен», а потом в той же компании стала менеджером бизнес-приложений. По ее словам, будучи HR-партнером IT-подразделения, она хорошо изучила техническую терминологию и ей хотелось работать в динамично развивающемся отделе. Компания пошла ей навстречу. Баданина говорит, что новый руководитель оценил ее потенциал и позволил ей участвовать в серьезных проектах по разработке приложений, хотя многое ей приходилось осваивать с нуля.

Ануфриев же призывает компании заранее обдумывать карьерный путь «трансформанта». В Eaton он придумал для этого принцип «70–20–10»: 70% времени и усилий тратилось на обучение новичка без отрыва от производства, 20% времени уходило на наставничество и 10% – на курсы, лекции и онлайн-обучение.

Бегство в предприниматели

Исследователи «Бигла» обнаружили еще один тренд: среди тех, кто поменял радикально профессию, больше всего руководителей высшего звена, решивших стать предпринимателями. По наблюдениям управляющего партнера хедхантингового агентства «Контакт» Марины Тарнопольской, 90% сбежавших из кресла топ-менеджера руководителей открывают консалтинговый бизнес. Для этого у них есть и связи, и материальные ресурсы, и опыт. Поэтому в России так много консультантов в любой индустрии.

Порой топ-менеджеры создают бизнес в совершенно новой сфере. Так, Маргарита Данелия, внучка режиссера Георгия Данелии, доросла до начальника юридического отдела и вошла в совет директоров Kraft Foods. А потом сходила на экскурсию в тортовый цех знаменитой фабрики «Большевик», которая тогда собиралась этот цех закрыть. Данелия приняла внезапное решение – выкупить цех и посвятить себя производству тортов. Так они с мужем и сделали. Сейчас они управляют компанией «Венский цех».