Блуждание в потемках
Для проведения исследований рынка, для развития бизнеса нужны точные ориентиры. Увы, российская статистика пока не способна давать достоверные микроэкономические данные. Да и спрос на эти данные, как ни странно, пока что невелик. О том, с какими проблемами сталкивается российская статистика, рассказывает председатель Государственного комитета по статистике Владимир Соколин.
- Для тех, кто использует статистику в бизнесе, всегда очень важно знать, насколько достоверны предоставляемые им данные? Насколько можно быть уверенным в том, что данные Госкомстата верны и надежны? - Сегодня во всех отраслях статистики мы работаем на базе международных стандартов. И существует внешний международный контроль за этими стандартами. За показатели инфляции, показатели государственных финансов, ВВП, за то, чтобы методология сбора и обработки этих данных в конкретной стране соответствовала международным нормам, отвечает статистический дивизион Международного валютного фонда. За правильность применения стандартов в области статистики труда - Международная организация труда. За стандарты обследования домашних хозяйств, социальных показателей - Мировой банк. На сегодняшний день мы этот этап внедрения международных стандартов прошли. По основным компонентам статистической деятельности у нас есть все необходимые международные заключения. Поэтому с точки зрения статистической методологии доверие к российской статистике есть. И за границей уверенно пользуются нашей макроэкономической статистикой. Все знают, что если МВФ поместил цифры Госкомстата на своем сайте, то он за это отвечает.
Но, к сожалению, когда мы публикуем эти наши данные в России, нам почему-то не доверяют. Думаю, что прежде всего это происходит из-за наследия прошлого, из-за той роли, какую статистика играла при Советской власти.
- Много ли у вас клиентов из сферы бизнеса? Какие данные пользуются наибольшим спросом? - Есть у нас такая проблема - крайне низкая статистическая культура участников рынка. Макроэкономические и микроэкономические цифры в развитых странах - маяки для бизнеса. Они позволяют понять, куда двигаться. Например, бюро цензов США, одно из ведущих американских статистических учреждений, имеет платную базу данных в Интернете. В год их сайт фиксирует более 12 млн обращений. Вот это, я думаю, говорит о многом. А у нас пока что основные потребители статистики - органы управления: правительство, президент, министерства, региональные органы управления. Еще обращаются структуры, занимающиеся анализом рынка для каких-то конкретных операций - продажи или покупки акций, например. Хотя я лично с ними не сталкивался. Но какого-то потока заявок от коммерческих структур мы не получаем. Такого нет. В год мы оказываем услуг лишь на $3 млн. А в маленькой Финляндии, где живет лишь 5 млн человек, статистических услуг оказывается на $12 млн. - Специалисты, которые пользуются микроэкономическими данными Госкомстата, говорят, что ваши цифры часто неверны, так как предприятия предоставляют неверные данные или вообще их не дают. Существует такая проблема? - Предприятия искажают данные, скрывают реальные цифры, потому что боятся налоговых органов. Но это происходит во всех странах. А боятся давать данные [для статистики] только у нас. И это проблема ментальности. Я спрашивал крупных западных предпринимателей, людей из известных предприятий: искажают ли они данные о своих компаниях? Они смотрят на меня квадратными глазами и говорят: "Нет! Зачем? Если мы будем искажать данные и наши партнеры будут искажать данные, тогда вся статистика будет искажена и не будет характеризовать реального состояния экономики. И мы не сможем понять, что происходит на рынке". Если предприниматели понимают, что для ведения бизнеса им нужна точная экономическая информация, то они будут делать так, чтобы она была точной, будут давать о себе верные данные. - Существует ли гарантия, что налоговики или другие "компетентные" органы не смогут использовать ваши данные против предпринимателей? - Есть так называемые 10 принципов официальной государственной статистики, представляющие собой, так сказать, кодекс основных правил работы в статистике. Они были одобрены статистической комиссией ООН. И важнейшее правило, которого придерживаются статистические службы развитых стран, - все данные, получаемые для исследований от конкретного юридического лица, конфиденциальны. Это необходимо, чтобы не вмешиваться в процесс конкуренции. Третьему лицу можно предоставлять лишь сводную информацию. Но при этом многие западные компании сами дают добро на публикацию некоторых данных о своем бизнесе. Это им выгодно, так как действует как скрытая реклама. Но они сразу говорят: "Вот этот перечень показателей вы публикуете, а вот это публиковать нельзя, поскольку он является коммерческой тайной".
В этом году мы провели у нас в стране эксперимент и обратились ко всем средним и крупным промышленным предприятиям с просьбой дать разрешение на такую публикацию. Положительных ответов оказалось чуть меньше 15%. Большинство пока не соглашаются.
- И все-таки, могут ли хоть каким-то путем данные Госкомстата попасть в руки налоговиков? - Налоговые органы к нам не обращаются. Они работают со своей собственной информацией. Мы, как правило, в наши статистические показатели не включаем пункты, которые могут быть использованы для контроля. Нам обязаны предоставлять лишь те данные, которые входят в федеральную программу статистических работ: производство, финансовые данные, зарплаты, уровень занятости, использование рабочего времени, технические показатели и т. п. Но все эти данные открыты только в обобщенном виде. - А есть ли у других госструктур возможность доступа к данным по конкретным предприятиям? - Нет. Эти данные мы никому не предоставляем. Есть лишь одно исключение. В конце 1997 г. было выпущено постановление о том, что мы должны публиковать данные о структуре расчетов между компаниями. Сколько расчетов в денежной форме, сколько бартеров, векселей, взаимозачетов. По мнению правительства, это необходимо для того, чтобы обеспечить прозрачность расчетов крупнейших предприятий, и в первую очередь монополистов. Но это - отчетность в административных целях. Государство просто хочет видеть, сколько бартера у "Газпрома", МПС. И мы выполняем распоряжение. Однако если речь идет, скажем, о структуре себестоимости предприятия, то к такой информации мы никого не допускаем. Мы ее можем предоставлять только в обобщенном виде. В целом по нефтяной промышленности - себестоимость такая-то. А какая себестоимость у "ЛУКОЙЛа" или "СИДАНКО", это никого не касается.
- То есть можно определенно сказать, что, предоставляя данные Госкомстату, компании не рискуют засветиться? - На протяжении всех этих лет у нас таких конфликтов не было ни разу. Даже на наших бланках статотчетности написано, что мы гарантируем конфиденциальность данных, кроме тех случаев, если отчетность ведется для административных целей.
- Можно ли сказать, что пока с помощью нашей микроэкономической статистики нельзя проверить состояние рынка в той или иной области, так как данные изначально неверны? И как все-таки можно решить эту проблему? - Во-первых, тот, кто ведет маркетинговое исследование, должен быть очень хорошо подкован в статистике. Кроме этого он должен знать то, что даже мы, к сожалению, не знаем, - генеральную совокупность. Генеральная совокупность - это то, что представляет собой рынок данного товара в данном субъекте. Сегодня мы такие данные по субъектам получаем лишь на основе выборочных исследований. К тому же структура рынка очень быстро меняется. Нужны постоянные статистические исследования. Но постоянного характера исследования у нас пока еще не носят, к сожалению. Сплошные исследования некоторых сегментов рынка мы проводили в 1995 г. и потом после августовского кризиса. Но это нужно делать чаще. И если экономика более или менее стабилизируется, то будет, конечно, легче. В следующем году мы собираемся провести сплошное исследование малого бизнеса. Мы собираемся объяснить малым предпринимателям, что такое статистика, зачем она им нужна. Нужно убедить их, что нас не интересуют именно их цифры, что они там и сколько производят. Но мы хотим установить, сколько определенного товара производится и продается в конкретном регионе. Это даст возможность получить генеральную совокупность по разного рода сегментам рынка. И тогда, конечно, качество и надежность маркетинговых исследований значительно повысятся. А сейчас, без генеральной совокупности, мы можем лишь сказать, сколько в принципе продается в стране, скажем, стирального порошка, но сколько порошка конкретной марки продается в Кировской области, сказать невозможно. А те маркетинговые исследования, которые проводятся без знания генеральной совокупности, наверняка попадают пальцем в небо. Погрешность в этом случае не укладывается в рамки допустимой в статистике погрешности - до 5%. Погрешность может достигать и 10%, и 15%, и даже 20%. А это уже - пятая часть. И при этом неизвестно: эта пятая часть в плюс или в минус. Многие аналитики, основываясь на такого рода данных, начинают судить о тенденциях рынка. Но при такой погрешности часто просто невозможно сказать, в какую сторону эта тенденция изменяется. Кроме того, за всю современную нашу историю у нас никогда не проводилась общая экономическая перепись. Во время проведения такой переписи всеми без исключения участниками рынка заполняются подробнейшие опросники. И тогда с такими сквозными, подробными данными по всем участникам рынка можно получать очень точные результаты. Американцы, например, недавно перешли с 10-летнего цикла проведения экономической переписи на пятилетний. А у нас такой переписи еще не было ни одной.