Интерьер для космонавта
В Московском доме архитектора проходит выставка "Архитектура на орбите, первые реализации", представляющая московской публике первые шаги интерьерного дизайна за пределами Земли. Здесь представлены эскизы интерьеров для космоса - от первого жилого отсека корабля "Союз" до орбитальной станции "Мир", лунного орбитального корабля (ЛОК). Все дизайнерские разработки эпохи героического освоения космоса были выполнены одним человеком - Галиной Балашовой.
Балашова попала в космическую отрасль совершенно случайно. В 1963 г. она закончила МАрхИ и проектировала здания будущего Королева - пока еще поселка, разраставшегося вокруг "ракетного" ОКБ-1, когда здесь стали разрабатывать проект первого орбитального корабля "Союз", имевшего жилой отсек. Инженеры конструкторского бюро создали его макет в натуральную величину и показали Королеву. Интерьер маленькой каюты представлял собой набор серых панелей, перемежавшихся красными ящиками, и главному конструктору не понравился. "Человек не может летать в космос в туалете", - сказал Сергей Павлович и поручил проектирование первого интерьера для космоса профессиональному архитектору. Им-то и оказалась Галина Балашова, скоро полностью переключившаяся на космическую тематику.
Интерьеры серии кораблей "Союз" показывают, как постепенно человек познавал космос, а дизайнер привыкал к невесомости. В первых кораблях можно еще увидеть просторный диван (на котором в космосе невозможно сидеть), комод с вмонтированным радиоприемником, застекленные полки для книг и прочих мелочей. По-земному выделен темным пол, несмотря на то что в центре его зияет люк. Между окон-иллюминаторов - акварельные пейзажи. По сути, первый внеземной интерьер в мире был проекцией в космос усредненного мещанского интерьера, и в этом его прелесть.
Балашова создала специфически женский, домашний уют в космосе. Интерьер, сам того не желая, помогал космонавтам бороться с клаустрофобией: он был настолько средним, настолько обычным и далеким от мира ракетной технократии, что представить за его стеной холодные звезды и безвоздушное пространство было категорически невозможно. Он напоминал о доме - и этим все сказано.
Когда в начале 70-х выросло следующее поколение космонавтов, фанатически преданных космосу, балашовские интерьеры трансформировались в "цветовые решения" кабин, т. е., попросту говоря, исчезли. Эскизы станции "Мир" (80-е гг.) уже практически и цветового-то решения не имели, напоминая имперскую военную базу: защитного цвета пол, блеклые стены, пристяжные ремни вместо хотя бы условных сидений...
Проекты долгое время были засекречены, и по инерции Галина Балашова никому их не показывала. Историк архитектуры Андрей Кафтанов обнаружил даму, стоявшую у истоков космического дизайна, всего год назад. За небольшой срок, прошедший с этой поры, интерьеры Балашовой были опубликованы в журнале "Проект Россия", а перед тем как посетить Москву, выставка побывала в Женеве, где была встречена очень тепло.
Выставка продлится до 28 декабря.