ВЕЩЬ НЕДЕЛИ: Пирог для настоящих мужчин
Вчера Борис Ельцин на свой 70-й день рождения ел торт, который, как сообщило агентство "Интерфакс", "по традиции" испекла жена экс-президента Наина. Ельцин разделил этот пирог с семьей, главой президентской администрации Александром Волошиным, премьер-министром Михаилом Касьяновым (считается в России иноагентом) и президентом Владимиром Путиным. Последний, значит, тоже практически считается членом ельцинской семьи (причем не той, которая в кавычках и в которую Ельцин в своей последней книге записал едва ли не всю прежнюю кремлевскую администрацию).
Вспоминается, как недавно резали другой праздничный торт, размером побольше и профессиональной выпечки. Дело было на семилетии первого выхода в эфир на четвертом канале телекомпании НТВ. Глава этой компании Евгений Киселев отдал нож адвокату Генри Резнику, который, откромсав кусочек, предложил стоявшему рядом главе "Газпром-Медиа" Альфреду Коху продолжить начатое. Кох отказался, но шутка Резника удалась: стало очевидно, что Коху нужен весь пирог, а резать он и без ножа умеет.
Вряд ли Путин, угощаясь ельцинским пирогом, вспоминал эту сцену. Однако между двумя церемониями - глубоко частной и шумно-публичной - есть несомненная взаимосвязь. Только сейчас становится очевидно: Путин, несмотря на природную старательность и желание оставить след в истории, мало что может поделать с наследством Ельцина. Этот железобетонный пирог, в котором империя Гусинского - один из кусков арматуры, трудно грызть даже победитовыми зубами. Чрезмерно независимые силовики, которые запросто могут торпедировать либеральные законодательные инициативы Путина; региональные власти, которые по большому счету не проймешь никакой реформой (воровать-то в провинции за последний год меньше не стали); экономика, зависимость которой от нефти кажется непреодолимой; долги, которые можно платить, только если не платить больше никому. Такие вот ингредиенты.
Ельцину 10 лет назад тоже достался не подарок. Но его преимущество заключалось в возможности радикальных ходов. Советский торт можно было наотмашь рубить шашкой. С постсоветским так не получается: система в целом основана на правильных вещах - выборности политических лидеров, частной собственности, свободе слова и прочих либеральных конституционных положениях. И если возникает желание сделать выборных лидеров хоть кому-то подотчетными, а бизнес - несколько более удаленным от власти, сразу возникают проблемы со свободой слова, принципом разделения властей и прочими непреложными ценностями.
Иначе говоря, Ельцин мог вести себя как абсолютный монарх. Его самодурство часто оправдывалось революционной необходимостью. У Путина нет такого ресурса. Нет инструмента, которым можно эффектно разрезать наследственный пирог.
Хорошо хоть есть возможность оценить кулинарное мастерство Наины Ельциной. В компании человека, который все это подстроил, а теперь по-отечески улыбается и оказывает моральную поддержку.