Внешнее управление

Теракт 11 сентября не просто улучшил отношения России с США, но и породил в ней самый неумеренный оптимизм: аналитики вдруг начали всерьез обсуждать перспективы вхождения в ключевые международные структуры - НАТО, ЕС и ВТО.

Основная идея, как и на заре реформ, - побороть "азиатскую дикость" России включением ее в западную систему, подчинение правилам которой быстро искоренит основную часть недостатков России. Международные структуры станут своего рода внешним управляющим, обеспечивающим наш "догоняющий прогресс".

В России, письменная история которой началась именно с внешнего управления ("Земля наша велика и обильна... Придите и правьте"), такое желание естественно.

Беда в том, что оно нереально. Невозможность эффективного внешнего управления Россией только в 90-е гг. экспериментально доказана дважды: национальной катастрофой (распад сколь угодно несправедливого государства и двукратное падение сколь угодно неэффективного производства трудно назвать иначе) 1990 - 1994 гг. и финансово-идеологической (ибо либерализм, пустоту которого обнажил дефолт, был образом мысли наиболее активной и здоровой части общества) - августа 1998 г. Конечно, формально реформы разрабатывались россиянами, а в 1995 - 1998 гг. даже почти без западных консультантов. Но сама либеральная идеология блаженной памяти "вашингтонского консенсуса" полностью заимствована у ожидаемых спонсоров.

Наиболее пострадавшие в ходе реформ, склонные к неряшливым формулировкам или просто обладающие короткой исторической памятью граждане зацикливаются на злонамеренности Запада. Парадоксально, но тем самым они приукрашивают ситуацию. Ведь если "внешнее управление" потерпело крах из-за простой недобросовестности управляющих, задача сводится всего лишь к тому, чтобы договориться с ними "по-хорошему".

Но это невозможно - в первую очередь из-за неприменимости опыта "внешних управляющих" к России. И дело не в "загадочности азиопской души", а в том, что стандартные либеральные рецепты разрабатывались для маленьких стран с однородной слабомонополизированной экономикой. Их большинство, но они качественно отличаются от высокомонополизированной России с ее высокой территориальной дифференциацией. Потенциальные же "внешние управляющие", как и МВФ, остаются "врачами, которые выписывают рецепт, не интересуясь диагнозом".

Вторая причина неэффективности их попыток "обустроить Россию" - всеобщность конкуренции. Дружба бывает между народами, а между странами - только конкуренция. Она столь же непреодолима, как всемирное тяготение.

Международные организации эффективны только постольку, поскольку они служат сильнейшим своим членам. Войдя в них, Россия перейдет под "внешнее управление" своих конкурентов.

Вывод прост: мы обречены решать свои проблемы сами. Нам могут помогать, но дружба и сотрудничество приносят пользу, только пока не переходят в свою противоположность - подчинение, пусть даже добровольное.

Мы можем модернизировать Россию или добить ее, но и то, и другое мы сделаем сами. Попытка части либералов снять с себя ответственность за свою страну, укрывшись за авторитетом "внешних управляющих", столь же понятна и постыдна, сколь и безнадежна.

Автор - директор Института проблем глобализации