ПРОЕКТ "Б": Искушение св. Андерсена
Тем аудиторам, которые проверяли гроссбухи разорившейся корпорации Enron, следовало бы вспомнить о своих корнях и одновременно начать вести совсем другую отчетность - гроссбух, в котором в одной графе записываются искушения и грехи, а в другой - победы над ними. Такую форму воспитательной работы над самим собой рекомендовали пастве исторические предшественники нынешних американских капиталистов - пуритане. Подобный учет вел и Бенджамин Франклин - тот, кто сказал, что время - деньги, и тот, чей портрет изображен на стодолларовой купюре.
На заре капитализма учет велся по обеим категориям. Пуритане, не смущаясь, одновременно волновались о приходе/расходе и о грехе/покаянии. Такая у них была религия, что привычного нам конфликта между спасением души и презренным выколачиванием последнего пятака у ближнего не было. Наоборот, предпринимательство было серьезным занятием, важным с духовной точки зрения. Деньги зарабатывали не для того, чтобы потом все бросить и хорошенько оттянуться.
Успех в мирской деятельности (не обязательно только в бизнесе) был индикатором избранности. А об избранности протестанты волновались из-за учения о предопределенности. Реформаторы церкви, и особенно Кальвин, поставили своих учеников в очень жестокую ситуацию. Они говорили, что у человека нет шансов повлиять на решение высшей инстанции. Избран он или проклят, известно от рождения, а узнать, выиграл ты счастливый билет или нет, до конца розыгрыша никак нельзя. От всей этой безнадежности легко пуститься во все тяжкие и сдаться. Возможно, так поступили бы какие-нибудь другие нации, свались на них Реформация. Но англосаксы повели себя своеобразно.
Пуританские вероучители стали советовать своим ученикам просто считать себя избранными и бороться со всеми сомнениями, как с искушениями дьявола. Поскольку недостаток уверенности в себе есть недостаток веры, а вера у протестантов - главное. Так они выходили из положения: оказавшись перед лицом ужаса неопределенности (точнее, предопределенности), они стремились убедить себя и других в собственной избранности, а там будь что будет.
Для этой цели рекомендовалась лихорадочная предпринимательская деятельность. Важно было не останавливаться. Тратить время попусту - главный грех (отсюда время - деньги). Перестал работать - перестал прославлять Бога. А все заработанное можно потом отдать на благотворительность.
Таким образом протестанты, особенно кальвинистские ветви, первыми сняли конфликт между благочестием и материальным богатством. И, видимо, это им помогло, потому что другие, включая мусульман, католиков и православных, всегда зарабатывали как-то с опаской. Стыдно все-таки. Уходили потом в монастыри отмаливать заработанное. Так что с нас спрашивать прозрачности и эффективности, если у нас бизнес - это грех? А вот с тех, для кого весь этот бизнес - святое дело, спрашивать стоит. Можно придумать множество изуверских способов усложнить отчетность, как это и сделано в США, но как опыт Enron говорит о том, обойти можно все. Бизнес на самом деле стоит на доверии, и об этом помнили отцы - основатели капитализма. Не возжелай доли инвестора твоего и не лги аудитору твоему. Ибо твой гроссбух - не отчет, а исповедь.