ЦЕННОСТИ КАПИТАЛИЗМА: Много или честно
Если контрабанда, к примеру, лекарств – это плохо, то контрабанда прибыли – это терпимо? Если уклонение от налогов в стране – это преступление, то как смотреть на приток в одну страну денег, уведенных от налогообложения в другой?
За последние четыре десятилетия в мире возникла целая параллельная финансовая система, элементами которой являются юрисдикции со строгим режимом банковской тайны, налоговые офшоры, фирмы-однодневки, анонимные трасты, номерные счета, дыры в законах развитых стран, которые привлекают деньги криминального и сомнительного происхождения.
Еще в 1960 г. контуры этой системы только намечались, а сегодня, вероятно, около половины всех трансграничных операций происходит с ее использованием. Многие международные корпорации и крупные банки регулярно прибегают к услугам каких-то из ее элементов, нарушая таможенные требования или обходя законы об отмывании денег. Результат этой практики ни много ни мало легитимизация беззакония.
Если бы единственным порождением этой параллельной системы было уклонение от налогов, можно было бы поспорить, что она служит понятной бизнесу цели – увеличению прибыли акционеров. Но печальная правда состоит в том, что той же системой пользуются наркобароны, мафиози и террористы. По нашим оценкам, через эту систему из развивающихся экономик в западные финансовые институты проходит около $500 млрд в год. А всего в налоговых офшорах и прочих удобных юрисдикциях прячется $11 трлн – это оценка британской организации Tax Justice Network. Эти вывезенные триллионы ослабляют экономики бедных стран, помогают развиваться криминальным сетям и терроризму.
Почему эта беспринципность так распространена? Человеческая жадность объясняет далеко не все. Ближе к истине, наверное, то, что максимизация прибыли взяла верх над этическими принципами.
Мы привыкли связывать корни современного капитализма с наследием Адама Смита. Он сформулировал базовые представления о том, что свободная торговля ведет к процветанию наций, что налоги должны быть справедливыми и предсказуемыми, а монополии не должны мешать конкуренции. Смит вырос из нравственной философии, так что, обдумывая новый экономический порядок, он исходил из того, что управлять новой системой будут честные, разумные, скромные и благородные люди.
Но история распорядилась так, что пути экономических и нравственных построений Смита далеко разошлись. Главный вопрос, стоящий перед сегодняшним капитализмом, можно сформулировать так: максимизация, а потом уже справедливость или справедливость, а потом максимизация.
Свободный рынок обладает огромными преимуществами перед другими системами. Но практически невозможно вести бизнес, не нарушая законов, если при этом пользоваться налоговыми гаванями, трансфертными ценами, тайными номерными счетами. Поэтому, несмотря на все блага, принесенные капитализмом, он на самом деле мог бы достичь неизмеримо большего. Если бы система для грязных денег была демонтирована. (FT, 11.10.2005)