Британского "Букера" получил Джулиан Барнс

Российские издатели наколдовали Барнсу премию уже давно, упрямо представляя его в анонсах «лауреатом Букеровской премии». Их невольное предсказание сбылось. Барнс – лауреат 2011 г. Взыскательное жюри наградило букеровского ветерана, попавшего в короткий список премии уже в четвертый раз, за роман объемом в 150 страниц – «Ощущение конца». Точно так же, кстати, The Sense of an Ending (1967), называется и знаменитая книга одного из самых влиятельных в Британии литературоведов – Франка Кермоде (1919–2010), посвященная огромной роли апокалиптических ощущений в модернистской прозе. Барнс, всегда любивший литературные игры (вспомним хотя бы цепь остроумных стилизаций в «Истории мира в 10 1/2 главах» или построенный на цитатах из Флобера роман «Попугай Флобера»), окликнул Кермоде, конечно, сознательно. Тем более что частично действие романа протекает как раз в 1960-е – тогда же, когда сочинялся труд Кермоде и когда Европа замерла в ожидании новой жизни и нового литературного языка (о чем Кермоде тоже пишет).

«Ощущение конца» Барнса – повествование о лукавстве человеческой памяти и мифологизации прошлого. Шестидесятилетний герой романа, Тони Вебстер, давно принявший унылую заданность собственной жизни как неизбежность, внезапно получает письмо из юридической конторы, в котором сообщается, что по воле некоей дамы, матери девушки Вероники, в которую Тони был когда-то влюблен, он должен получить 500 фунтов стерлингов и дневник друга его юности, Адриана Финна. Блестящий, начитанный, бесстрашный правдолюбец, когда-то он увел у Тони девушку – ту самую Веронику, а вскоре покончил с собой. Тони погружается в события 40-летней давности, пытаясь разобраться задним числом в своих отношениях и с Вероникой, и с Адрианом, и с самим собой в юности, когда он мечтал жить так же ярко, как герои книг. Тони надеется, что многое прояснит дневник Адриана. Но получить его оказывается непросто – из-за неожиданного противодействия Вероники.

Итак, букеровское жюри остановило выбор на психологическом детективе, смешанном с размышлениями о природе памяти и старения, Барнс же и в этом романе остался верен себе. Когда-то он начинал с детективов, но и затем любил подмешать в свою прозу тайну. В последней своей публицистической книге – «Нечего бояться» (вышедшей этим летом и в России) – он тоже размышляет о старости и смерти.

Вообще, вопреки обыкновению Барнс оказался автором, известным не только англоязычной аудитории, но и русской. Наши издатели всегда и без всякой премии были уверены в коммерческом успехе его книг. Среди очевидных достоинств Барнса – легкость, занимательность и стилистическое совершенство такое, что иногда даже хочется столкнуть эти отточенные, лучащиеся правильностью благозвучные фразы в языковую грязь и неуклюжесть. Даже размышляя о трагических вещах, страдании, измученности, Барнс ухитряется оставаться легким – только что вышедший на русском сборник рассказов «Пульс» (М.: «Эксмо», 2011) – лучшее тому доказательство.

Возможно, его попаданием в шорт-лист возмутились создатели совсем новой, альтернативной «Букеру» Литературной премии, обвинившие «Букера» в том, что он «упростился» и следует пристрастиям публики, а не воспитывает ее вкус. Организаторы новой премии пообещали представлять миру не только и без того хорошо известных ей авторов. Так что не исключено, что в следующем году наши представления о лучших англоязычных писателях переменятся совершенно.