Гибридная природа украинского конфликта приводит к эрозии права. Яркий пример - отношение к добровольцам и наемникам в России и Казахстане. Власти Казахстана, где 70% мусульман и более 20% населения - русские, чутко следят за происходящим в ИГИЛ и на востоке Украины. И не одобряют участия в этих конфликтах своих граждан. В марте за участие в боевых действиях в Сирии получили сроки четыре гражданина Казахстана, 19 февраля перечисление боевикам суммы в $40 было квалифицировано как пособничество терроризму. В апреле 2014 г. в УК Казахстана была включена новая статья, вводящая ответственность за участие в конфликтах на территории иностранного государства даже при отсутствии признаков наемничества. В конце года гражданин Казахстана был приговорен по ней к пяти годам строгого режима за участие в военных действиях на стороне луганских ополченцев.
Российская статья 359 УК о наемничестве (вербовка, финансирование или обеспечение наемника; участие наемника в боевых действиях) до 2014 г. существовала только на бумаге. Доказать получение денег за участие в боевых действиях крайне сложно. В конце 2013 г. другую статью УК (208 ч.2) дополнили формулировкой «участие на территории иностранного государства в вооруженном формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам РФ», а наказание по ней было увеличено с 5 до 10 лет. По этой статье возбуждены дела против 58 россиян за участие в военных действиях на стороне ИГИЛ. По статье «наемничество» в России возбуждено всего два дела. Первое - против Романа Железнова, бойца украинского батальона «Азов».
Второе - против крымского подразделения «Укртелекома», обвиняемого в финансировании украинских военных. Остальные участники боев на стороне «народных республик», видимо, делают это по зову сердца. Получается, на их действия ст. 208 ч.2 не распространяется. Дело не только в оговорке об «интересах РФ», но и в статусе вооруженного формирования. ИГИЛ признан террористической группировкой, а вот статус ополчения «народных республик» для Казахстана один, а для России - другой. Сбор средств в пользу ополченцев (и до недавнего времени призывы вступать в его ряды) полуофициально идет по всей России.
Формула «друзьям все, врагам закон» в условиях военного времени - самоочевидная норма. Но в ситуации гибридных войны и мира статус добровольцев оказывается проблематичным. Если человек воюет по зову сердца, почему он не может получать за это вознаграждение? Летом в Госдуме элдэпээровцы даже подготовили проект поправок, выводящий из-под статьи о наемничестве тех, кто «не преследует корыстных целей, действует по внутреннему убеждению». Но убеждения есть и у боевиков ИГИЛ.