Выставка «Люди в городе» оказалась печальной и нервной

Выставка «Люди в городе» составлена из работ коллекции Государственного центра современного искусства (ГЦСИ). Сделана она просто, точно и без намеков на обладание тайным знанием, которым любят щегольнуть кураторы ГЦСИ.

Витиеватых пояснительных текстов здесь тоже нет, только несколько предложений при входе: «История городов влияет на судьбы его жителей» или «Современное искусство детерминировано антропологией». Но и без этих очевидностей можно было обойтись. Поскольку и так понятно, как связаны между собой работы и почему они здесь собраны вместе.

Ощущение естественности сопутствует просмотру. Здесь легко, без перестройки зрения, переходишь от вызывающе грубой и блеклой живописи Бориса Турецкого к демонической фотографии Константина Худякова или к кокетливому постановочному видео Саши Пироговой. Даже не задумываешься, что на выставке собраны не только произведения разного времени и места рождения, сделанные в различных техниках, но и вещи совершенно разных эстетик, отличающиеся задачами, которые авторы перед собой ставили.

Кто-то искал собственные пластические решения, другие проявляли сильные чувства, третьи холодно придумывали и точно рассчитывали, что делать для получения эффекта. Братья Чепмен, как всегда, хулиганили, словно уличные подростки. Но вот, оказывается, все вместе эти разные вещи создают общее настроение и говорят об одном – внутреннем преодолении тоски и заброшенности в абсурде большого города. Даже фотографии из серии группы АЕС+Ф «Лесной царь» как-то потеряли свой внешний блеск, будто золото на них пообтрепалось.

В центре зала как камертон всему выставленному стоит нечеловеческого размера скульптура Стефана Балкенхола «Человек». Деревянный мужчина в рубашке, брюках и ботинках – то ли памятник заурядному горожанину, то ли автопортрет без очков. «Человек», как и все скульптуры этого автора, вырублен грубо, но снисходительно к слабостям обывателя, такого, как все мы, ставшие частью, элементом городского пейзажа. Или интерьера – как на фотографиях Франка Хертфорта.

В одном из углов зала стоит того же роста, как и скульптура Балкенхола, конструкция Игоря Шелковского, изображающая человека весьма абстрактно, как часть ограды. И это не единственная выставочная рифма. Здесь все с чем-то перекликается – яркое с бледным, холодное с нежным, расчетливое со спонтанным, сложное с примитивным, мастеровитое с безыскусным. Куратор выставки и художественный руководитель ГЦСИ Леонид Бажанов опытной рукой расставил произведения так, чтобы перекликались и рифмовались они тихо, неназойливо. И с понятной деликатностью не поставил рядом нежную графику Константина Батынкова с портретами родителей Ирины Наховой, написанных как сквозь слезы. Чтобы не было в одном месте слишком много эмоций.

Выставка ГЦСИ о людях в городе получилась, скажем прямо, невеселой. Но от умудренного жизнью ее куратора странно было бы ждать бодрости и энтузиазма. Зато – редкий случай – он создал не образовательный и познавательный отчет о деятельности художественного учреждения, а место для сопереживания, сострадания и понимания.

До 13 сентября