Слепой зодчий: как Иван Кондратенко строил Москву на ощупь

К Международному дню слепых, который ежегодно отмечается 13 ноября, «Ведомости» вспоминают историю жизни Ивана Кондратенко – архитектора, который строил буквально на ощупь. Незрячий зодчий спроектировал около 50 московских зданий и стал заметной фигурой в городе: избирался в гордуму, обзавелся в первопрестольной собственным домом, а по заверениям современников – еще и доходным.

Протеже помещика

Поначалу казалось, что Кондратенко никогда не станет ни архитектором, ни даже сколько-нибудь зажиточным человеком. Он появился на свет 12 октября 1856 г. в небольшом селе Васильевка Екатеринославской губернии и был незаконнорожденным сыном крестьянки Екатерины Кондратенко. Отчество будущий зодчий получил от крестного отца и родного дяди Гавриила.

Когда мальчику исполнилось пять лет, в России отменили крепостное право, и семья перебралась в Щербиновский хутор – на рудник, где добывали каменный уголь. Там Кондратенко пошел в церковно-приходскую школу, но из-за осложнений после сильной простуды частично утратил слух и учеба давалась с трудом.

Местный помещик Сергей Шультен то ли пожалел паренька, то ли разглядел в нем талант. В 1868 г. он отправил его в Москву учиться в Арнольдо-Третьяковском училище для глухонемых. Впрочем, благотворитель помогал и другим крестьянским детям: например, взял на домашнее обучение сына бывших крепостных Власия Судейкина с двумя сестрами. Тот впоследствии прославился как экономист, сенатор и один из авторов «Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона», а в 1918 г. был расстрелян большевиками.

Еще учась в Арнольдо-Третьяковском училище, Кондратенко поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Среди его однокурсников были будущие знаменитые архитекторы Роман Клейн и Сергей Соловьев.

Потом Кондратенко продолжил образование в Императорской академии художеств. За проекты, среди которых была церковь над фамильным склепом, молодой человек получил две золотые и одну серебряную медаль и звание «классный художник архитектуры 1-й степени». Так бывший крепостной перешел из податного сословия в чиновничье.

Корыто судьбы

В 1885 г. Кондратенко окончил академию и устроился в строительное отделение Московского губернского правления. Через три года с 32-летним архитектором приключилась беда: когда он наблюдал за строительными работами в Бутырской тюремной больнице, ему на голову упало корыто с известью. Его доставили в Алексеевскую глазную больницу (сейчас «НМИЦ глазных болезней им. Гельмгольца»), но там зрение спасти не смогли: Кондратенко ослеп.

Казалось, крах карьеры. Но мастер не сдался. Если Бетховен был глухим композитором, почему не быть слепому архитектору? Кондратенко разработал собственную систему: узнав предпочтения заказчика, лепил модель будущего дома из глины, делая упор на концепцию и крупные элементы. Зрячие помощники продумывали мелкие детали и изготавливали чертежи. В компаньоны Кондратенко брал начинающих зодчих, которых сам же обучал. Например, с ним работали Василий Волокитин и Семен Дорошенко, на 20 и 30 лет моложе наставника.

Конец ХIX в. выдался благодатным временем для архитекторов. Благодаря промышленной революции население городов стремительно росло, и Москва переживала строительный бум: появился довольно многочисленный слой интеллигенции и деловых людей, у которых было достаточно средств, чтобы снимать качественное жилье. Одновременно дворянам становилось все труднее содержать городские особняки. Так на месте небольших усадеб вырастали высотные дома с меблированными квартирами, предназначенные для аренды.

В начале ХХ столетия в Москве насчитывалось более 550 доходных домов, а в 1911-1915 гг. возвели 195 подобных зданий. К 1917 г. на них приходилось около 40% жилой недвижимости первопрестольной. Типовых проектов тогда еще не существовало, и арендаторам было важно, чтобы их дом внешне выделялся на фоне соседей.

Первым зданием, которое Кондратенко спроектировал после потери зрения, стал доходный дом на Тургеневской площади, 2, построенный в 1890 г. До наших дней он не сохранился. Вскоре на Кондратенко буквально посыпались заказы. В начале 1890-х он вел сразу несколько проектов – на Малом Кисловском переулке, 7, на улице Жуковского, 11, в Подколокольном переулке, 1.

От боярских палат до рыцарских замков

Часть созданных зодчим доходных домов сейчас признана объектами культурного наследия регионального значения. Например, построенный в 1897 г. на основе старинных келий Георгиевского монастыря доходный дом Синодального ведомства (Камергерский переулок, 6/5, стр. 3). Сейчас там работает музей Сергея Прокофьева, а перед зданием стоит памятник композитору.

Еще один объект культурного наследия – доходный дом Вешнякова по адресу Малая Бронная, 32 у Патриарших прудов. Его сдали в 1912 г., еще два года велись отделочные работы. А в 1913-м, когда страна отмечала 300-летие династии Романовых, владелец на волне верноподданнических настроений заказал стилизацию под старинное русское зодчество. Задача была непростой: при оформлении подъезда Кондратенко использовал мотивы владимиро-суздальских храмов, на третьем этаже разместил эркеры, вдохновленные формой древнерусских входных сеней на круглых столбах, а крышу увенчал шатровыми завершениями – как у Федоровской часовни «Крест» у въезда в Переславль-Залесский.

Одним из самых ярких проектов Кондратенко считается дом по адресу Потаповский переулок, 12, созданный по заказу «картонного короля» Павла Заварского для его жены. Сын крупного фабриканта, унаследовавший производство бумаги и картона, захотел дом в неоготическом стиле, напоминающий средневековый замок. Центральный вход зодчий оформил как крепостные ворота, на фасаде выстроил три «башни» с окнами, похожими на бойницы. Интерьер, впрочем, создан совершенно в другом духе. В честь юбилея дома Романовых входную группу и вестибюль стилизовали под парадные палаты бояр Романовых на Варварке. Строившийся в 1912–1913 гг. дом имеет статус охраняемого памятника регионального значения.

Одним из последних проектов стал дом Гордон на Малой Молчановке, 8, больше известный как «Дом со львами»: у входа стоят два огромных каменных хищника с геральдическими щитами. Их можно заметить в нескольких известных фильмах – комедии Эльдара Рязанова «Девушка без адреса» (1957), драме Владимира Рогового «Офицеры» (1971), фильме Леонида Гайдая «12 стульев» (1971) и киноленте «Мама» (1998), ставшей последней ролью Нонны Мордюковой.

До революции Кондратенко не дожил: 2 июля 1916 г., за несколько месяцев до 60-летия, он умер и был похоронен на Пятницком кладбище. Неизвестно, как сложилась бы его судьба при большевиках, тем более что в 1905-1908 гг. он был гласным (депутатом) Московской городской думы.

Следы напарника Семена Дорошенко теряются после революции. А вот Василий Волокитин продолжил работу при советской власти и спроектировал один из первых образцов массового типового строительства – жилой кооперативный дом «Квартирохозяин» (Яузский бульвар, 14/8).