Статья опубликована в № 4231 от 23.12.2016 под заголовком: Хореограф проиграл либреттисту

Героиня новой пермской «Золушки» – артистка балета времен оттепели

Алексей Мирошниченко и Теодор Курентзис развивают «советский проект»

В Пермском театре оперы и балета до недавнего времени жила стандартная «Золушка», в которой замарашка танцевала на сцене с метлой. Но Мирошниченко и Курентзис взялись за новую версию. «Балетная драма в трех действиях», – предупредили они на афише, чей упрощенно-рубленый шрифт напоминает стилистику советского плаката. Хореограф сам написал новое либретто, отказавшись от классического варианта Николая Волкова, с которым работал Прокофьев в процессе создания музыки. За открывающимся занавесом этой «Золушки» прячется балетный класс. В его силуэте угадывается один из репетиционных залов Большого театра, в глубине утоплено фортепиано – под него проходят в театре репетиции, сбоку и по центру у балетных станков делают традиционный утренний класс артисты, среди которых почти все герои нового спектакля: в центре – прима Ольга Свистокрылова, заслуженная артистка Ирина Шенешкина, лауреат премии газеты «За советское искусство» Олимпиада Присядкина, сбоку – молодая Вера Надеждина. В центре неистовствует педагог, задающий комбинации и поправляющий танцовщиков, быстро тушующийся и уходящий в тень при появлении знаменитого Балетмейстера, пришедшего выбрать исполнителей своего нового балета и бурно размахивающего руками в старомодной пантомиме, а тут же сбоку опробует новые комбинации молодой хореограф.

Спектакль Мирошниченко – оммаж балетному театру, в котором смешивается любовь, восхищение и язвительность наблюдательного человека, два десятилетия прослужившего в альтернативном Главном театре страны – Мариинском. Хитончики в застенчивый цветочек, гетры, до бесконечности разнообразные комбинации батманов, которые осваивают в первом классе балетной школы и повторяют до пенсии, дружба прим против юного таланта, отмечание премьер на газетке в балетном классе, трепет перед начальством и дрожь за распределение ролей в премьере – новая «Золушка» выглядит путеводителем по балетной жизни как по Аду и Раю, а текст либретто Мирошниченко можно печатать отдельно от программки как литературное произведение. В нем юная дебютантка, согласившаяся работать с молодым постановщиком над его смелой хореографией, добивается триумфа и любви партнера – приглашенной из Парижа французской звезды. Но по доносу коллеги ее не берут на зарубежные гастроли, а за контакты с иностранцем увольняют из Главного театра. Но хореограф, музой которого она стала, находит ее перед зданием Пермского театра. Старый башмачник – мастер по пошиву пуантов, который выполняет в спектакле обязанности сказочной феи, – благословляет их.

Новый сюжет добавляет «Золушке» многослойности: здесь дебютантка становится звездой, старый драмбалет уступает дорогу молодому танцевальному симфонизму, Главный театр страны живет под присмотром партии и лично Генерального секретаря, которого только Министр культуры с халой на голове останавливает в попытке постучать ботинком по красной плюшевой трибуне перед артистами, офицеры КГБ следят за каждым шагом рядовых граждан, советские люди впервые попадают за границу, возвращаясь нагруженными выше головы чемоданами, немаркий ситчик сменяется яркими расцветками и смелым кроем, а в заснеженной Перми расцветает собственный оперный театр.

Но в хореографии Мирошниченко отказывается от любой стилистической игры. Французского танцовщика-премьера Франсуа Ренара (Никита Четвериков и Сергей Мершин), из-за любви которого рушится карьера Веры Надеждиной (Инна Билаш и Полина Булдакова), постановщик оснастил не французскими танцевальными кружевами, а всем разнообразием мощной прыжковой техники, символизирующей советский героический стиль и отечественное представление о полноценном принце. Молодой талант Юрий Звездочкин (Денис Толмазов, Антон Мишаков) не пытается поставить ничего в духе Юрия Григоровича или Игоря Бельского, с которыми его отдаленно можно отождествить, – его композиции выдержаны в стиле хореографа Алексея Мирошниченко. Так же, как и сцену бала, идущую как «балет в балете» и теоретически отсылающую к эпохе рококо. Да и любовные дуэты Веры и Франсуа, хотя и нашпигованы верхними поддержками, позаимствованными у советских классиков Вайнонена, Мессерера, Захарова, не скрывают 2016 год производства.

Выбранный постановщиком путь выглядит убедительно. Но тут режиссер Мирошниченко ставит подножку Мирошниченко-хореографу. Трагическую тему времени он отдает эксцентричному (и хореографически прекрасному) соло Министра культуры, взгромоздившейся на каблуках на стол для заседаний (Дарья Зобнина), вальсовый финал первого акта отошел пантомимной сцене поздравлений с успешной премьерой, а трагическое финальное адажио – манежу через всю сцену всех героев балета, символизирующих поток времени, который приветствуют состарившиеся Вера и Юрий (здесь на сцену вышли экс-премьеры труппы Наталья Моисеева и Виталий Полищук, но им не досталось ни одного па). Поэтому все взлеты любви, творческого горения и крушение надежд оказались в руках дирижера Теодора Курентзиса. Он своим шансом воспользовался сполна, и «Золушка», задуманная как балет о балете, все же оказалась балетом о торжестве музыки.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать