ВЗГЛЯД ИЗ ПЕКИНА: Новая корейская география
Начало корейско-корейского диалога знаменует собой приближение конца величайшей фантасмагории из тех, что породило "бессмертное учение". И не случайно вокруг долгожданно-нежданного новорожденного засуетилась известная команда повитух (КНР, США, Россия) - та, что ровно 50 лет назад трансформировала неограниченно "холодную" в ограниченно "горячую" войну в отдельно взятой стране.
Трагедия корейцев в том, что этот народ в результате войны оказался разделен, разделен на целых полвека, да так, что близкие и родственники полностью утратили связь друг с другом.
Слава Богу, что часть нации - на юг от 38-й параллели - оказалась свободной от чучхейской кабалы и не только выжила, но и добилась процветания. В то время как в другой части разделенной страны - где, по мнению нашего спикера, трава "традиционно" считается пищей - режим все более "крепчал" и только в последние годы от голода умерло больше людей, чем погибло за всю войну 1950 - 1953 гг.
Столь наглядные результаты социалистического эксперимента красноречиво свидетельствуют, что американцы и их союзники боролись в Корее не только за свои геополитические интересы...
Везде, где мировой большевизм в своем стремлении к мировой гегемонии разделил народы, довольно скоро прояснялось, по какую сторону от Стены люди стали жить лучше. Пары для сопоставления известны: Китай и Тайвань, Западная и Восточная Германия, Северная и Южная Корея. Остается только догадываться, на каких местах в мировом рейтинге оказались бы Финляндия и Северная Япония, если бы Ленин не дал финнам независимость, а Сталин не внял доводам Жукова и одобрил разработанный летом 1945 г. план оккупации Хоккайдо.
Как говорили марксисты, "практика - критерий истины".
Но в одних случаях мрачная национальная действительность подвигает правящие элиты на реформы, в других же - на поиск резервов выживания режима в рамках существующей системы.
Развернутое с этой целью лидерами Северной Кореи "движение по добыванию иностранной валюты" принесло лишь ограниченные плоды - как ни старались они "добывать" доллары с помощью сомнительных финансовых операций, продаж оружия государствам-изгоям, запугивания американцев атомными планами и т. п. Поэтому тот факт, что Ким Чен Ир протянул южанам руку, не знак примирения и не признак готовности подчинить династические интересы национальным, а закамуфлированный жест отчаяния просящего и вряд ли исправившегося грешника.
Эксперты называют разную "цену объединения" Кореи оценки колеблются в пределах $700 млрд - $1 трлн. Для правящего режима Пхеньяна идеальным был бы квазикитайский вариант - превращение Южной Кореи в своего рода "специальный административный район", который в период перехода к конфедерации щедро подпитывал бы северян инвестициями и гуманитарной помощью.
При таком варианте обе части сохраняют суверенитет, а Север фильтрует экономическую помощь посредством жесткого контроля над всеми видами межчеловеческих контактов.
Станут ли южане закачивать в Северную Корею миллиарды долларов без надежды на достижение в обозримом будущем объединения и скорый крах пхеньянского режима - большой вопрос. Впрочем, есть еще экономические мотивы (перенос на Север трудоемких производств), реализация которых зависит от того, сумеют ли приверженцы идей чучхе по китайскому примеру создать "спецзоны" со сносными условиями для инвестиций.
Подвижки в отношениях между двумя Кореями тут же вдохновили тайванцев и их американских заступников на воспроизведение "опыта корейского диалога" между берегами Тайваньского пролива. Однако Мадлен Олбрайт, нанесшей с целью популяризации этого примера визит в Пекин, пока не удалось изменить позицию руководства КНР.
Последнее неизменно отказывает Тайваню в праве выступать в качестве суверенной стороны на гипотетических переговорах по вопросу объединения.
Мировые голиафы всегда маргинализируют малые страны и территории, не имеющие международного статуса и претендующие на самоопределение. Раз ты мал/слаб/не признан - значит, бесправен/обижен/беззащитен. Начало равноправного межкорейского диалога стало возможным, в частности, потому, что страна раскололась на равноправные "половинки", ставшие со временем суверенными членами международного сообщества.
В случае же с Китаем разделение прошло по морскому рубежу, который оставил свободным от коммунистической оккупации лишь небольшой остров, территория которого составляет одну шестидесятую территории всей страны. Если бы военные действия в 1949 г. прекратились на середине страны, т. е. противоборствующие стороны сохранили бы позиции по берегам р. Янцзы (именно на этом рубеже Сталин предлагал Мао остановить наступление, после чего вступить в переговоры с Чан Кайши), то ситуация сегодня была бы иной.
Тогда Пекин наверняка считал бы процветающий юг Китая равноправным партнером на переговорах по объединению страны.
Пекин, разумеется, воспринимает подобное допущение не иначе как кощунство. И, конечно, история не имеет сослагательного наклонения.
Но когда думаешь, к каким катастрофическим последствиям для мира может привести реализация пекинской угрозы применить силу для "освобождения" Тайваня, начинаешь понимать "корейскую аргументацию" Мадлен Олбрайт, которая с помощью мягкого "выкручивания рук" - угрожая развертыванием азиатской системы ПРО - пытается подтолкнуть Пекин к равноправному диалогу с Тайбэем.
Евгений Верлин, Дипломатическая академия МИД РФ