Долларизация спасла Эквадор

9 сентября Эквадор завершит процесс отказа от денежной независимости и окончательно перейдет на доллар США. Но выгоды от этого решения страна начала получать еще до окончания валютной реформы.

В январе тогдашний президент Эквадора Хамиль Мауад пошел на долларизацию от отчаяния. Десятью месяцами ранее его правительство заморозило банковские счета, чтобы предотвратить вывод денег, а в сентябре 1999 г. был объявлен дефолт по внешним долгам. В 1999 г. сукре, эквадорская валюта, обесценился почти на 70%, а ВВП сократился на 7%. В начале января 2000 г. на валютном рынке царила паника, грозившая окончательным обвалом курса и крахом экономики. Принимая решение о введении доллара США в качестве национальной валюты, правительство Мауада не имело четкого представления о том, как оно будет осуществлять этот процесс, какой из вариантов выберет. Тем не менее одного лишь объявления об этом решении оказалось достаточно, чтобы стабилизировать курс сукре. Он оставался стабильным в течение всех этих месяцев, несмотря на общенациональные забастовки, военный переворот 21 января и приход к власти нового правительства во главе с бывшим вице-президентом Густаво Нобоа. Критики уверяли, что реформа не сработает в связи с отсутствием "необходимых" предпосылок, в частности кредитоспособной банковской системы. Они не понимали, что кризис в экономике был в значительной мере вызван инфляционной политикой Центробанка. Долларизация исключала банк из денежной системы, устраняя главное препятствие на пути к экономической стабилизации. Реформа уже принесла ощутимые плоды. По прогнозам, ВВП должен вырасти в этом году на 1,3% (ранее прогнозировался нулевой рост). Начал сокращаться уровень безработицы. Процентные ставки снизились на 90% по сравнению с уровнем перед началом долларизации. Эквадорцы перечислили в банки более $600 млн, вытащив их из-под матрасов и вернув из-за границы, что превзошло все ожидания властей. Несмотря на то что Центробанк (обладающий сейчас ограниченными функциями) продал гражданам $400 млн в обмен на сукре, объем его валютных резервов равен сегодня объему до начала долларизации. Внешний долг удалось частично реструктурировать, инфляция цен в сукре снижается, а в долларовом выражении цены на ряд товаров ниже, чем два года назад. Валютная реформа помогла остановить экономический спад, однако сама по себе она не может стимулировать быстрый рост. Правительство Нобоа смогло провести через парламент два пакета экономических реформ, обеспечивающих возможность прихода частных и иностранных инвесторов в энергетический и добывающий секторы, которые ранее контролировались правительством или частными концессиями - монополистами. Более либеральным стало трудовое законодательство. Один из главных результатов долларизации заключается в том, что правительство больше не может финансировать госрасходы, печатая деньги и вздувая цены. Это, конечно, не означает, что вопрос растранжиривания госсредств стал менее актуальным; один из политиков, например, предложил "инвестировать" деньги, "сэкономленные" на выплатах по внешнему долгу после дефолта, в социальные программы. Такова ментальность политической элиты, и именно поэтому эквадорцам лучше, чтобы руководителем Центрального банка у них был Алан Гринспэн (денежная политика страны, осуществившей долларизацию, автоматически начинает соответствовать политике ФРС США), а денежной единицей - американский доллар. (WSJ, 1. 09. 2000) Автор - директор Эквадорского института политэкономии