Перетягивание каната
Хотя посткоммунистические государства Центральной Европы и преследуют общую цель - скорейшее вхождение в Евросоюз, хотя их лидеры раз в году, по случаю созывов так называемой Вышеградской группы, и божатся, что мечтают войти в это объединение одновременно, на деле стратегии отдельных членов группы по всем показателям разнородны. Не совпадают ни число уже согласованных позиций, ни продолжительность переходных периодов, ни сферы запрашиваемых исключений. В отдельных случаях о наличии единой стратегии не приходится говорить даже на национальном уровне. Таким отдельным случаем, к примеру, является Польша.
В то время как в Венгрии и Чехии представлять позицию своего правительства в отношениях с ЕС уполномочен один назначенец в ранге посла, Польша подошла к делу более творчески. Избранный ею подход очень напоминает метод допроса арестанта с использованием двух следователей - доброго и злого. Формально главой польской миссии, ведущей переговоры в Брюсселе, является профессиональный дипломат Ян Кулаковский, в здешних кругах персона очень даже грата. В том же здании, что и Кулаковский, восседает Яцек Сариуш-Вольский, глава Комитета по интеграции ЕС, а главное - советник премьера Бузека по вопросам Евросоюза. Сариуш-Вольский тоже не лыком шит - у него репутация блистательного и весьма перспективного политика. Трюк в том, что в своих контактах с ЕС они придерживаются прямо противоположных стратегий: если осторожный Кулаковский склонен к работе в команде и имеет дипломатическое обыкновение дважды подумать, прежде чем один раз промолчать, Сариуш-Вольский скорее солист и острослов, он рубит сплеча и ставит заведомо запредельные требования.
Чтобы иметь шанс войти в ЕС в вожделенные сроки, т. е. в 2003 г., Польша должна завершить переговоры еще в текущем году. Это вряд ли возможно, пока польские законы и подзаконные акты в области охраны среды обитания, купли-продажи недвижимости или санитарных норм в сельском хозяйстве будут существенно отличаться от евросоюзных. Многие эксперты считают, что более реальным сроком вступления Польши в ЕС является 2004 г. - и то при условии, что она снизит планку исключительности, поставленную на порядок выше, чем у других кандидатов. Польша сейчас требует для себя переходный период по 40 с лишним позициям (для сравнения: у Чехии выговариваемые условия ровно вдвое скромнее), причем и продолжительность переходных периодов, на которых настаивают поляки, не имеет у соседей аналогов. Ни по одному пункту чехи и венгры не выторговывают для себя переходные периоды длиннее 7 - 10 лет, тогда как поляки, к примеру, право купли-продажи недвижимости готовы предоставить иностранцам из ЕС лишь через 18 лет после вхождения в союз.
Чем выше требования, тем сложнее и дольше переговоры. А сроки поджимают. Польская миссия Кулаковского выработала тайный документ, в котором предлагает снять примерно половину из общего числа оговорок. Но в Центральной Европе тайное - это не антоним, а синоним явного. Компромиссные предложения были представлены кабинету на ночном заседании и уже через час ушли в утренние выпуски ежедневников. Теперь органы безопасности ковыряются в деле, допытываясь, где произошла утечка. Возможность компромисса тем самым была убита в зародыше: осенью Польшу ждут всеобщие выборы, не исключено, что и маятниковая смена власти, а предвыборный ажиотаж - не лучшая атмосфера для уступок.
Брюссельская миссия Польши понимает, что для прорыва следует отбросить балласт партикулярных интересов тех или иных групп польского населения. Но любой намек на уступчивость Кулаковского тут же блокируется интригой Сариуш-Вольского. Намекнет, скажем, Кулаковский на приемлемость более позднего срока вползания в ЕС при условии, что польские фермеры будут задобрены прямыми вливаниями из еврофондов, - тут же Сариуш-Вольский созывает пресс-конференцию, на которой заверяет мир в том, что и прямые выплаты крестьянам, и прием Польши в ЕС произойдут одновременно и не позднее 2003 г. Иногда игра ведется в обратной последовательности. К примеру, канцлер Германии Шредер уменьшил переходный период для свободного передвижения польской рабочей силы в ЕС с 15 до семи лет, а Еврокомиссия зашла и того дальше. Советник польского премьера озвучил идею увязать эту позицию с прямыми финансовыми вливаниями Брюсселя в сельское хозяйство страны. Немедленно взял слово Кулаковский для решительного протеста: такая увязка вбила бы, по его мысли, клин между двумя группами польского населения.
Польские социалисты уже заявили, что в случае победы на предстоящих выборах они первым делом упразднят нынешнее двоевластие представителей и создадут особое Министерство по делам Европы. В свое время Сариуш-Вольский ловко придумал уговор между правительством и оппозиционными соцдемократами: при любой смене власти человек, ответственный за переговоры с ЕС, сохраняет должность. За свою инициативность он будет заслуженно наказан: лидеры социал-демократов уже дали понять, что человеком, олицетворяющим преемственность, для них является дипломат Кулаковский.