Герман Греф: ощущение ожившей страны

Герман Греф: ощущение ожившей страны.

С лета прошлого года, когда в подмосковных Ватутинках писалась стратегия развития России, Герман Греф не выступал в "Ведомостях" с развернутым интервью. Какое-то время не было солидного информационного повода. Потом он появлялся, но "кремлевские горки" так укатывали министра экономического развития, что на качественное интервью просто не хватало сил. Наконец все сошлось. Греф полетел на Дальний Восток. На обратном пути в Москву, перед заседанием совета директоров "Газпрома", членом которого он является, министр разговорился.

- Какова позиция государства по поводу утрачиваемых "Газпромом" активов - "СИБУРа", "Пургаза"? - Перед "Газпромом" стоит задача возврата всех профильных активов. Но излишних инвестиционных ресурсов у "Газпрома" сегодня нет. Поэтому эффективность возврата является проблемой номер один. Никакой политики здесь не должно быть - исключительно трезвый расчет. При рассмотрении вопроса о возврате акций "Пургаза" и участии в эмиссии "СИБУРа" мы ждем от правления "Газпрома" детального анализа экономической эффективности. Решение будем принимать только исходя из этого.

- По каким критериям вы проводите грань между профильными и непрофильными активами? - Добыча газа и переработка - безусловно профильный актив, поэтому "СИБУР" и "Пургаз" входят в эту категорию.

- А если актив необходим для развития "Газпрома", но излишних, как вы заметили, инвестиционных ресурсов нет? - Если вложения в эти активы превосходят по эффективности инвестиции в новые месторождения, их надо возвращать. В противном случае лучше аккумулировать средства на перспективных проектах.

- Но тогда совет директоров невольно становится заложником правления "Газпрома", которое может в своих интересах манипулировать вами? - У совета директоров есть возможность проверки всех расчетов правления путем привлечения для этого независимых экспертов. Те же возможности есть и у акционеров. Но у нас пока нет оснований не доверять правлению. Выводы, которые они нам представляют, достаточно обоснованы.

- "Газпром" собирается разместить евробонды на $750 млн. Сохраняется ли в связи с этим актуальность привлечения кредита ЕБРР в $250 млн? - Это вещи разные. Оценить выгодность размещения еврооблигаций можно только после road show. По расчетам, ставки по этим бумагам составят не менее 11%, что очень невыгодно. Что касается кредита, то, учитывая, что ежегодный кредитный портфель "Газпрома" составляет десятки миллиардов рублей, сумма возможного кредита ЕБРР не столь уж велика.

- Ваше министерство утратило присущий ему год назад напор, да и вы, как министр, кажется, немного скисли? - Мне сложно спорить с вашими ощущениями. Я не считаю, что мы утратили динамику.

- Дело не в ощущениях. К примеру, выхолощен проект закона о валютной либерализации, застрял пакет по дебюрократизации экономики, вяло движется пенсионная реформа.

- Давайте разберемся. Вы знаете, что даже в таких странах, как Швеция, для идентификации сумм налога, поступающих на персональные счета пенсионеров, нужно 8 - 10 месяцев. Причем система персонального учета там полностью компьютеризирована. У нас одновременно идут и создание системы персонификации, и отработка накопительного элемента. А практики совсем нет. Поэтому на персонификацию уйдет минимум год. Инвестировать пенсионные средства в некий одобренный портфель бумаг можно будет тоже с годовым сдвигом. Как ни крути, двухлетний зазор технически неизбежен, не говоря уж о необходимости обкатки инфраструктуры. Таким образом, в 2003 г. небольшая часть средств инвестируется, отрабатываются все технологии, учитываются недоработки, правится нормативная база. Только убедившись, что система работает без сбоев, запускаем механизм на все обороты. Не думаю, что миллионы будущих пенсионеров, чьи средства и пойдут в накопительную систему, жаждут радикализма. Главное тут не скорость, а надежность.

- Сдавая позиции по валютной либерализации, вы руководствовались тем же принципом? - Не нужно похоронных нот. Пока у нас нет даже согласованной концепции. Поэтому рано говорить, по какому пути пойдет валютная либерализация. Наш законопроект достаточно радикальный. Разрабатывая его, мы, естественно, учитывали консервативный настрой ряда ведомств. Политика - это искусство возможного. Мы все-таки надеемся, что до чего-то с коллегами договоримся, а компромисс окажется достаточно значительным движением вперед.

- И все-таки, согласитесь, в скорости реформирования вы сдали.

- Темп, который мы задали, и так чрезвычайно высок. Долго так работать нельзя - нужно переходить в плановый режим. В 2000 г. мы торопились с налоговой реформой, боясь потерять финансовый год: чтобы Налоговый кодекс вступил в силу с 1 января, требовалось внести изменения до 1 июля. Вы помните, какая была гонка, тогда все усилия мы сосредоточили на этом. Вы говорите - потерян темп, а последний закон по дебюрократизации принят Советом Федерации и подписан президентом в августе. Сегодня октябрь. Всего за пару месяцев мы подготовили проект закона о сертификации. Пока идет спор, нужно ли делать из него три закона или совместить в один большой. Нами, Госстандартом, администрацией президента проделано работы на порядок больше, чем по всему предыдущему пакету о дебюрократизации. Если заложенный в новом законе подход будет принят, это означает революцию в системе стандартизации, сертификации и подтверждении знаков соответствия товаров. Постараемся до конца года внести закон в Думу.

- Лучше бы вы согласовали Таможенный кодекс - поправки в него мурыжат целый год.

- Если бы написать Таможенный кодекс было так же легко, как статью в газету, мы бы справились. Кодекс - очень важный и огромный по объему документ. Он решает целый ряд задач, касающихся структуры правоохранительной системы, таможенных режимов и т. д. Мы не хотим спешить, пока до деталей не выверим все подходы. Той же линии мы придерживаемся при разработке целого ряда важнейших проектов. Тот, что касается малого бизнеса, скоро будет у всех на слуху. Стоит задача принять до конца года закон о банкротстве. Инвесторы ждут не дождутся главы Налогового кодекса, регулирующей СРП. Написан проект закона об особых экономических зонах РФ.

- Вы рискнете сделать прогноз на развитие российской экономики в следующем году? - Одно дело - официальный прогноз, который берут за основу расчета бюджетных показателей, а другое - экспертный прогноз. Сегодня большинство серьезных аналитиков не рискуют давать долгосрочные прогнозы. Даже признанный оракул, глава Федеральной резервной системы США Алан Гринспэн, воздержался. Потому что тенденции очень противоречивые. Многое будет зависеть от продолжительности рецессии в США, Европе, Японии.

Что касается России, то мы вышли на неплохую динамику. Инвестиции в основной капитал выросли в сентябре почти на 10% к прошлому году и на 2,7% к предыдущему месяцу. Рост промышленности у нас из месяца в месяц продолжается. Хотя все меньше остается секторов, в которых он наблюдается. Пока рост еще держится в отраслях, ориентированных на внутреннее потребление: машиностроении, автомобилестроении, пищевой промышленности, производстве стройматериалов, подрядных работах. В 2002 г. рост по отношению к текущему году определенно будет. Но насколько большим, зависит от целого ряда факторов. Пример США показывает, как переменчивы потребительские настроения.

- Впервые за много лет внутренний спрос, а не внешняя конъюнктура стал главным ресурсом подъема экономики России. Это перелом? - Действительно, в этом году рост ВВП в первую очередь связан с существенным ростом внутреннего инвестиционного и потребительского спроса. Но сколь долговременна эта тенденция, сказать не решусь. В целом мы прогнозируем замедление темпов роста. Это связано с фазой инвестиционного периода. Инвестиции в основные средства вначале неизбежно сокращают темпы роста экономики. Но по завершении периода модернизации - примерно через два-три года - начнется прибавление в темпах роста. Точки ренессанса обозначены: нефтехимия, биохимия, машиностроение, сельхозмашиностроение, машиностроение для станкостроения, производство строительных машин и оборудования, секторы услуг. Долгие годы эти секторы из-за отсутствия инвестиционного спроса, ценовых перекосов, отрыва от сырьевой базы дышали на ладан. Сейчас происходит восстановление производственных цепочек и выпуска конечной продукции. Это сразу же отражается на динамике роста.

- Политики сильного или слабого рубля будут придерживаться денежные власти? - В денежно-кредитной политике правительства нет ничего искусственного. Сегодня сложилось реальное соотношение баланса валют. Не следует думать, что у правительства неограниченные возможности влиять на курсовую политику. Особенно когда уровень обязательной продажи валюты снижен до 50%. Если кажется, что правительство может легко вертеть руль в сторону слабого или сильного рубля, то это иллюзия. В рамках доступных инструментов денежные власти будут придерживаться политики плавного укрепления рубля. Это дает возможность внутреннему сектору встать на ноги. Бесспорно, такая политика имеет известные недостатки. Этап модернизации экономики требует инвестиций. Для этого не только экспортерам, но и внутренним производителям нужны солидные средства. И здесь политика слабого рубля играет отрицательную роль для стратегического перевооружения предприятий.

- Но у России по-прежнему сильный платежный баланс, и это будет мешать плановому укреплению рубля.

- Сегодня уже нет такого большого притока валюты, который бы серьезно угрожал нашей курсовой политике. Посмотрите на последние данные: объем экспорта в III квартале сократился почти на 3,5%, и эта тенденция продолжается. Хорошо, если валютные резервы вырастут к концу года до $40 млрд. Учтите, что в этом году нам придется еще платить по внешнему долгу, а в следующем году - погасить $14,5 млрд.

- В поддержании положительной динамики ВВП многое зависит от политики Единого тарифного органа (ЕТО). Изменение цен и тарифов в будущем году будут закреплять постановления правительства или ФЭК? - Конечно, ФЭК - это его компетенция. Но все ее действия будут согласованы с правительством. В положении о порядке регулирования тарифов прописаны соответствующие механизмы согласования. В первую очередь будет учитываться складывающаяся макроэкономическая ситуация. При расчете бюджета на следующий год мы, естественно, исходим из определенного роста тарифов. Они становятся базой при определении тарифным органом потребности компаний в инвестициях.

- Какие все-таки сферы будет регулировать ФЭК? - Все, что связано с естественными монополиями.

- А сжиженный газ? - Мне кажется не очень правильной попытка стянуть все тарифы в один орган. Это приведет лишь к засорению функций: объем работы увеличится, а эффективность упадет. ЕТО - крайне важное образование с точки зрения учета и баланса всех интересов, связанных с изменением тарифов. Основные нормативные акты по ЕТО еще предстоит принять. Но уже сегодня очевидно, что принята предложенная нами концепция: ЕТО - это независимый орган, работающий по состязательной процедуре с учетом всех интересов, в том числе потребителей. Тарифный орган будет строиться по принципу взаимоувязки тарифов естественных монополий и баланса между ними.

- Каким будет статус ФЭК - она останется энергетической комиссией или все же станет министерством естественных монополий? - Конечно, это орган с более широким кругом задач, чем регулирование энергетических тарифов. Предполагается переименовать ФЭК. Пока это название сохранилось, поскольку зафиксировано в законе о регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию.

- Сможет ли ЕТО быть действительно независимым? Иначе говоря, останется ли он в структуре правительства или будет подчинен президенту, как, например, ФКЦБ? - Предполагается, что председатель ФЭК будет назначаться президентом. Самое главное не то, в какую вертикаль будет встроен ЕТО, а процедура, по которой он работает. Процедуры, прописанные в проектах документов, делают этот орган максимально независимым.

- Сильно сомневаюсь. В условиях, когда две трети экономики требуют перевооружения, ЕТО будет органом сдерживания цен и тарифов.

- Полной независимости нет ни у кого и нигде. Вопрос в том, чтобы в деятельности ЕТО не преобладали отдельные интересы. Понятно, что какие-то рамки, особенно в среднесрочной перспективе, будут заданы экономическими условиями, в которых мы находимся. Но это база для коридора цен на услуги соответствующих монополий. За его рамки они выйти не могут, потому что от этого будет зависеть состояние экономики в целом. Поэтому мы и говорим, что доминирующим фактором является макроэкономика. Нарушение этих параметров - крах не только монополий или потребителя, это коллапс всей экономики.

- Таким образом, Минэкономразвития загонит ЕТО в рамки своего макроэкономического прогноза. И выскочить за пределы заданных вами ценовых ограничений он не сможет.

- Любая страна устанавливает границы для регулирующего органа. На рынке действуют ограничения спроса, а в административном процессе коридор ограничений высчитывается. Роль ЕТО - не в безумном повышении тарифов, а в стимулировании инвестиций. Какого рода инвестиционный проект будет наиболее эффективным, таким и будет наполнение тарифа. ЕТО создается как система искусственного давления на издержки монополий.

- В последние две недели хлынул поток публикаций о недопустимости ускоренного вступления в ВТО. Перед окнами Минэкономразвития проходил митинг противников присоединения. Кто стоит за этой кампанией? - Во всяком случае не казачье общество (официально выступившее организатором пикета. - "Ведомости"). Целый ряд предприятий и предпринимателей не волнуют интересы отечественного потребителя. Ведь ВТО помимо широкого доступа российских предприятий на внешние рынки - еще и новое качество товаров и услуг. Когда растет конкуренция и укрепляется рубль, это заставляет внутренних производителей снижать издержки. Не всех это вдохновляет. Кто-то не видит путей для сокращения затрат, другие хотят удержать монопольное положение на внутреннем рынке, предлагая потребителям далеко не первоклассную продукцию. Признаваться в этом, естественно, не хотят, и отсюда начинается политизация вопроса о ВТО.

Давайте посмотрим от обратного: членами ВТО является 141 страна - развитые и развивающиеся. На них приходится 90% российского экспорта. ВТО - это клуб, где страны обсуждают правила международной торговли. Каждая имеет право голоса и право вето. Правило действует только тогда, когда все между собой договорились. Наша страна не участвует в этом, хотя будет вынуждена работать по этим правилам. Сейчас наступает новый этап либерализации ВТО. Если новые стандарты примут без учета мнения России, нам будет чрезвычайно тяжело выходить на внешние рынки. Скажем, разницу тарифов на энергоносители станут считать субсидиями в экономике. Тогда антидемпинговые процедуры можно будет автоматически возбуждать практически против всех товаров российского экспорта. А это серьезный удар по торговому и платежному балансу, с которым экономике будет трудно справиться.

- Но вы все равно ничего не измените, поскольку новый раунд переговоров о правилах ВТО начинается в ноябре в Катаре, а Россия имеет лишь статус наблюдателя.

- Если мы не выбьемся из графика присоединения, то к финалу раунда Россия будет членом ВТО и сможет участвовать в принятии решений. Если мы еще немножко потянем, получим набор достаточно серьезных последствий. К примеру, либерализация рынка труда приведет к тому, что разница в оплате российских и зарубежных рабочих будет учитываться как дотация в экономике. И наше конкурентное преимущество бумерангом вернется к нам антидемпингом.

- Депутаты Госдумы требуют от вас ответа, предупреждая через газеты, что после вступления в ВТО "закроется до половины предприятий, без работы останутся десятки миллионов человек".

- Мы ведем в Женеве очень жесткие переговоры с рабочей группой ВТО, отстаивая такой уровень связывания таможенных пошлин, который охраняет целые секторы нашей экономики от немедленного наплыва дешевых товаров. На неприемлемый уровень тарифов мы можем не соглашаться. В нашем предложении ВТО все до одной тарифные ставки выше тех, что реально действуют сегодня. К тому же между предложенным рабочей группе уровнем пошлин и тем уровнем, до которого мы договоримся его снизить, будет так называемый адаптационный период - 6 - 8 лет. За этот срок мы должны адаптировать к рыночной конкуренции секторы, которые наиболее чувствительны к импорту. Так что опасности вступления в ВТО, которыми пугают противники, во многом надуманны.

- Вы успеете до конца года представить рабочей группе в Женеве проект Протокола о присоединении? - В соответствии с договоренностью мы представим его в начале следующего года.