Доктор для больного гиганта
Внешность Дитера Рампля обманчива: впервые увидев этого мягкого, застенчивого человека с приятными манерами, трудно представить себе, что он возглавил банк с крупнейшим в Европе кредитным портфелем, пройдя перед этим по всем ступенькам служебной иерархии.
Удобно расположившись на кожаном диване в мюнхенском офисе Hypo-Vereinsbank и глядя на окружающие его изысканные живописные полотна и скульптуры, генеральный директор банка выглядит благодушным и спокойным. Но за этим обезоруживающим спокойствием скрывается буря переживаний, связанных как с развитием личной карьеры, так и с бизнесом HypoVereinsbank (HVB). Нынешний экономический ландшафт Германии достаточно мрачен - промышленность стагнирует, фондовый рынок крайне ослаблен, банковский сектор испытывает трудности, которые многим здесь кажутся преддверием кризиса. Но хотя сейчас мало кто из игроков германского рынка чувствует себя хорошо, положение HVB выглядит особенно удручающим.
Капитала банка едва хватает, чтобы обеспечить соответствие требованиям регуляторов, а баланс HVB находится в угрожающем состоянии из-за растущего числа безнадежных долгов. В числе "плохих" должников оказываются как простые покупатели недвижимости в восточных землях ФРГ, так и крупные обанкротившиеся корпорации вроде Kirch или Enron. Чтобы решить проблему многочисленных дефолтов, Рамплю придется приложить действительно неимоверные усилия.
HVB, образовавшийся в 1998 г. в результате слияния двух безубыточных банков Hypobank и Vereinsbank, в прошлом году зафиксировал убыток в размере порядка 858 млн евро ($1 млрд) при общем портфеле кредитов в 450 млрд евро. Это заставило банк предпринять беспрецедентное увеличение резервов под "плохие" долги на 3,8 млрд евро, а также отказаться от выплаты дивидендов.
Однако 56-летний Рампль, коренной баварец, занявший пост генерального директора HVB менее полугода назад, даже в этих условиях не проявляет серьезного беспокойства. "Нет, я ничуть не сожалею, что добился этой должности, - говорит Рампль. - Единственное, что вызывает у меня некоторую озабоченность, - это моя полная вовлеченность в работу. Я уже не могу от нее отключиться".
С самого начала новому генеральному директору пришлось лихорадочно вырабатывать и осуществлять программу "радикальной трансформации" бизнеса - необходимо было существенно уменьшать объем портфеля кредитов, укреплять капитал банка и сокращать издержки.
По инициативе Рампля HVB принял ряд жестких мер, включая увольнение одной шестой части штата, но, несмотря на это, сотрудники по-прежнему относятся к новому руководителю с симпатией и пониманием. Аналитики оценивают его более осторожно. В целом они одобрили радикальный план реструктуризации, однако многие сомневаются, что Рамплю хватит решимости для эффективной реализации этого плана.
В то же время акционеры резко критикуют генерального директора HVB. На состоявшемся в мае ежегодном собрании акционеров частные инвесторы обвинили Рампля в поддержке его предшественника, Альбрехта Шмидта, принявшего ряд непопулярных мер. В числе прегрешений Шмидта - учреждение наблюдательного совета и необоснованное расширение бизнеса банка.
"Многие акционеры на ежегодном собрании говорили об ответственности, - отмечает Рампль. - Но я могу нести ответственность лишь за свои действия. Если мой план трансформации провалится, я должен буду взять всю вину на себя".
На личном фронте Рамплю сейчас приходится решать проблему курения. План по избавлению от вредной привычки он при поддержке жены пытается осуществить еще с февраля. Пока программа идет успешно, если не считать единичных срывов. Однако по мере приближения срока подведения годового баланса напряжение будет возрастать, и, чтобы не свернуть с пути к здоровому образу жизни, Рамплю понадобится вся его воля.
В юности Рампль воспитывался на ферме в Австрии, у родственников, - по собственному признанию, он "в числе прочего умеет доить корову". Позже он вернулся в Германию и в течение 14 лет постигал премудрости банковского дела в Vereinsbank. Следующие 12 лет он проработал в конкурирующем банке, но в 1994 г. снова оказался в Vereinsbank по приглашению Шмидта. В Германии считают, что Рампль - типичный представитель новой породы топ-менеджеров. Он моложав, на голове его не видно седины, а в curriculum vitae нет упоминания об ученой степени, ранее являвшейся непременным атрибутом директора. Кроме того, у Рампля нет тесных связей в среде высших управленцев - а эта каста долгое время играла значительную роль в индустриальной и банковской сфере Германии.
В I квартале результаты HVB были обнадеживающими - в частности, банку удалось выполнить план по сокращению затрат. Но сейчас банк осуществляет непростую программу по увеличению своего капитала на 1,7 млрд. Программа, рассчитанная на семь месяцев, предусматривает выделение непрофильных направлений и избавление от ряда активов. Кроме того, руководство HVB занято списанием с баланса "рискованных" активов, объем которых составляет 100 млрд евро.
Одним из источников дополнительного капитала должно стать первичное размещение акций Bank Austria - на прошлой неделе в Варшаве было объявлено, что на продажу выставляется 25% -ный пакет этого контролируемого HVB банка. Намерение продать часть Bank Austria свидетельствует о серьезности проблем HVB. С 2000 г. Bank Austria, имеющий сильные позиции в Восточной Европе, полностью находится в собственности мюнхенского банка и считается одним из самых ценных его активов. Он играет ключевую роль в стратегии HVB, направленной на распространение бизнеса за пределы Германии. "Положение оказалось столь плохим, что Рамплю пришлось отказаться от стратегии экспансии и сфокусироваться на краткосрочных тактических вопросах", - отмечает один из банкиров, хорошо знакомых с бизнесом HVB.
На данный момент рейтинговые агентства считают шансы на успех плана Рампля достаточно высокими. Правда, они оговариваются, что у HVB сейчас нет права на ошибку. "Банк любой ценой должен обеспечить прибыль и выполнить свой план по укреплению капитала, - предупреждает Стефан Бест, аналитик из Standard & Poor's. - Если эти условия не будут выполнены, рейтинг HVB резко упадет до уровня B, что недопустимо для бизнеса кредитного банка". При таком неудачном развитии событий HVB может стать первой жертвой банковского кризиса в Германии, которого давно уже с опаской ждет здешнее деловое сообщество.
Впрочем, у HVB есть запасной план, направленный на получение свежего капитала. Правда, Рампль понимает, что дополнительная эмиссия в размере 1 млрд евро в I квартале привела бы к 40% -ному размыванию доли существующих акционеров. "Этот шаг был бы крайне нежелательным", - признает генеральный директор. Но у Рампля нет иллюзий - нынешний год является решающим как для него самого, так и для HVB. В случае неудачи Рампль неминуемо потеряет свой пост.
Долгосрочные прогнозы Рампля относительно будущего национального банковского сектора пессимистичны. Глава HVB считает, что многие беды банков вызваны несовершенством всей структуры немецкой экономики. По его мнению, здесь слишком много сберегательных банков и всевозможных взаимных фондов и это не дает коммерческим операторам наращивать прибыль.
На фоне немецких корпоративных традиций отношение Рампля к собственной карьере производит очень приятное впечатление. В Германии по-прежнему принято щедро вознаграждать уходящих топ-менеджеров и обеспечивать им место в наблюдательном совете - независимо от личных достижений. Но руководитель HVB предпочитает более достойный и спокойный путь. Даже если план реструктуризации будет успешно выполнен, Рампль расстанется с банковским делом. В любом случае его контракт с HVB истекает через четыре года. "Потом я обязательно уйду, - обещает руководитель. - Я независимый путник. Если мне где-то нравится, я останавливаюсь, если нет - иду дальше. Впрочем, в HVB мне сейчас нравится". (FT, 21. 05. 2003, Александр Сафин)