Эксперты ждут глубокой трансформации спроса на нефть за 10 лет

Структура глобального спроса на нефть подвергнется глубокой трансформации в ближайшие 10 лет: в энергетических секторах ожидается торможение спроса, в неэнергетических – рост, а также дальнейшее смещение его географии в сторону развивающихся экономик. Об этом главный аналитик управления макроэкономического анализа Совкомбанка Михаил Николаев пишет в обзоре, с которым ознакомились ­«Ведомости».

Глобальный спрос на нефть в 2035 г. в Совкомбанке оценили в 109 млн барр./сутки против 105 млн барр./сутки в 2024 г. Высокий ожидаемый рост экономик развивающихся стран (порядка 4% в год) будет создавать естественный спрос на нефть, а низкая база развития многих отраслей и менее богатое население, скорее всего, усилят эту динамику, прогнозирует Николаев. Спрос со стороны развитых рынков будет снижаться как из-за ужесточения регулятивных норм, так и из-за более активного применения новых технологий, считает он.

Зеленый сюрприз

Главный фактор роста спроса на нефть на 10-летнем горизонте – нефтехимия, предполагают в Совкомбанке. С ее стороны он может увеличиться на 20% с 15 млн барр./сутки в 2024 г. до 18 млн барр./сутки в 2035 г.

Нафта и сжиженный углеводородный газ используются для создания этилена – основы пластиков, нафта – для создания твердых пластиков, напоминает Николаев. Рост онлайн-торговли (в 3 раза к 2035 г., по оценке Совкомбанка) потребует увеличения производства упаковки, рассуждает он. Возведение современных зданий требует в 4 раза больше полимеров, чем 50 лет назад, а Индию, Африку, Юго-Восточную Азию ожидает урбанизация в ближайшее десятилетие, убежден эксперт.

Регулирование, направленное на снижение использования первичного пластика, будет ограничивать рост его потребления, оговорился Николаев, без этого фактора спрос нефтехимии за 10 лет вырос бы не до 18 млн барр./сутки, а до 21 млн барр./сутки.

Но главный сюрприз – для зеленого мира нужно больше ископаемого топлива, так что спрос на нефть защищен от декарбонизации, подчеркнул Николаев. В Совкомбанке ожидают практически удвоения спроса на нефть со стороны сектора возобновляемых источников энергии (ВИЭ) – с 1,5 млн барр./сутки в 2024 г. до 2,8 млн барр./сутки в 2035 г.

Ветроэнергетика – крупнейший из ВИЭ потребитель нефти, указал Николаев. Лопасти ветрогенераторов делают из бензола, нефть нужна для смазочных материалов и изоляции кабелей, перечисляет он. Фотоэлементы солнечных батарей ламинируются пленками из продуктов глубокой переработки нефти, компоненты корпуса – пластики, в анодах литий-ионных батарей часто используется графит, производимый из нефтяного кокса, продолжает аналитик.

А вот сельское хозяйство – самый консервативный потребитель нефти, констатировал Николаев. Помимо топлива для сельхозтехники нефтепродукты используются в ирригации и обработке урожая, но в первой сейчас происходит солнечная революция, субсидируемая государствами (переход на солнечные насосы для перекачки воды взамен дизельных помп), а во второй наблюдается тренд на перевод сушилок, сепараторов, вентиляторов на газ или биомассу. Поэтому в Совкомбанке ждут небольшого снижения спроса на нефть в этом секторе – с 1 млн барр./сутки в 2024 г. до 900 000 барр./сутки к 2035 г.

Для секторов энергетики и отопления нефть – дорогое и экологически грязное топливо, которое проигрывает газу, ВИЭ, атому, так что и в них Николаев прогнозирует снижение спроса с 5,3 млн барр./сутки до 4,2 млн барр./сутки и с 13,2 млн барр./сутки до 10,5 млн барр./сутки соответственно.

Спрос в движении

Со стороны транспорта спрос на нефть увеличится за 10 лет на 7,3% с 61 млн барр./сутки до 65,4 млн барр./сутки за счет органического роста мировой экономики, удлинения логистики (рост городов, больше курьерской доставки до дома, товар в целом больше перемещается по миру) и технологического фактора, перечисляет Николаев.

Развитие технологий позволяет значительно снижать себестоимость производства электромобилей (потенциал в Совкомбанке оценивают в 25% за 10 лет), но не все виды транспорта возможно электрифицировать – естественным ограничителем для отдельных из них является вес аккумуляторной батареи необходимой емкости, указал Николаев.

Вес не проблема для легковых автомобилей, электробусов, сельхозтехники до 150 л. с., а вот более тяжелый и мощный транспорт (фуры, комбайны, карьерные самосвалы) требует тяжелых и объемных батарей, заметил Николаев. Электрификация этих видов транспорта менее выгодна, поэтому происходит переход на малые автономные гибриды, пишет он.

Поставить аккумуляторы в авиа- и морской транспорт физически невозможно – они весили бы сотни и тысячи тонн и занимали бы существенное полезное место, посетовал Николаев. Секторы, которые невозможно электрифицировать, переходят на биотопливо, в основном под давлением квот и углеводородных налогов, отметил он. Авиация – на SAF (авиакеросин, произведенный из неископаемого сырья – кулинарного масла, бытового мусора, углекислого газа). Грузовые фуры – на HVO100 (дизель, полученный путем гидроочистки растительных масел и животных жиров). В сельхозтехнике наблюдается тренд на использование биодизеля из рапса и сои. В морском транспорте начинается использование биомазута и биометанола.

Рынок в профиците

В 2026 г. мировой рынок нефти окажется в состоянии профицита, вызванного опережающим ростом предложения относительно динамики спроса, писал в обзоре в конце февраля старший аналитик «Эйлера» по нефтегазовому сектору Андрей Полищук. По его оценке, спрос в этом году составит 106,1 млн барр./сутки (+1,5% г/г), предложение – 107,5 барр./сутки. К 2030 г. глобальный спрос на нефть и жидкие углеводороды достигнет 109 млн барр./сутки при ожидаемом увеличении мирового ВВП в среднем на 3% в год, прогнозирует эксперт.

Главным драйвером роста спроса в 2026 г. будет нефтехимия за счет ввода новых мощностей в Индии, Китае, на Ближнем Востоке, перечисляет Полищук. Помимо естественного роста потребности в полимерах, связанного с расширением потребления упаковки и товаров длительного пользования, поддержку отрасли обеспечивают меры государственной политики, объяснил он.

Страны, не входящие в ОЭСР, внесут основной вклад в увеличение спроса на нефть. В 2026 г. лидерами станут Индия и прочие страны Азии, ожидает Полищук. Среди развитых государств единственным значимым источником роста спроса останутся США, тогда как Китай лишь сохранит стабильную траекторию роста, отметил он.

Прогноз Совкомбанка ближе к оценкам МЭА (105,3 млн барр./сутки к 2035 г.), в котором ожидается замедление спроса у развитых стран и Китая – в первую очередь за счет активного роста продаж электромобилей в мире, – чем ОПЕК (117,9 млн барр./сутки), указал старший аналитик Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Вадим Пугач. Ситуация, сложившаяся на данный момент в отрасли, и впрямь может подтолкнуть импортеров энергоресурсов к снижению зависимости от нефти и газа, допустил он. В частности, рост цен на бензин и дизель в Китае способен дополнительно увеличить спрос и продажи электромобилей, не исключил он. С 2024 г. на рынке КНР наблюдается замедление спроса на моторные топлива из-за активной «электромобилизации», а по итогам 2025 г. доля электромобилей в розничных продажах легковых авто в Поднебесной составила 54%, заметил эксперт.

Есть риск, что Китай с его огромной производственной базой электромобилей будет способствовать переходу на них соседей по региону, согласен старший аналитик инвестбанка «Синара» Алексей Кокин. Также эксперта беспокоит ориентация КНР на максимальное использование угля как сырья, в том числе для нефтехимии. Его прогноз спроса на нефть к 2035 г. – 110–115 млн барр./сутки.