“Хватит крови”
Отправляя Евгения Примакова в отставку, президент Борис Ельцин сослался на то, что, успешно минимизировав последствия финансового кризиса, премьер ничего не сделал, чтобы предотвратить грядущий экономический застой. Сменивший Примакова Сергей Степашин должен был обеспечить новые импульсы экономического развития, однако, по всей видимости, не справился и он. Теперь Примаков сам говорит об опасности стагнации и утверждает, что рецепты оживления экономики у него есть – собственно, со времени его премьерства список приоритетов практически не изменился. Зато за месяцы предвыборной кампании явные изменения (в сторону большей умеренности) претерпели его критерии в вопросе ренационализации – главное не то, с какими нарушениями проходила приватизация того или иного предприятия, а его экономические показатели. Однако по-прежнему неясно, в каком качестве лидер “Отечества – Всей России” намерен добиваться выполнения своей программы.
– Судя по всему, через несколько дней блок, который вы возглавляете, окажется в Государственной думе. Какими будут первые шаги и инициативы ОВР? Особенно нам интересны те, что напрямую повлияют на бизнес.
– Прежде всего я бы хотел сказать, что абсолютно не соответствует действительности представление о том, что наше движение выступает против предпринимательства или бизнеса. Да, мы – за государственное вмешательство. Но государственное вмешательство в экономику как раз расценивается нами как фактор, который будет способствовать развитию честного предпринимательства и бизнеса. Ведь в настоящее время условий для этого не создано. Раньше, в 90-е гг., государство шло по линии создания неравных конкурентных условий для деятельности субъектов хозяйственных отношений в России. Одним давали большие квоты на экспорт, другим – лучшие условия по импорту, третьих допускали к казне, к государственным финансам. И они прокручивали эти государственные финансы в своих интересах. Так было организовано вмешательство государства. Мы против этого. Мы за то, чтобы государство создавало всем равные условия для конкуренции.
При этом мы не выступаем за тотальный передел собственности. Конечно, далеко не все было правильно сделано при приватизации. Но такая постановка вопроса может привести к тому, что у честных предпринимателей отберут то, что они законно заработали. С другой стороны, тотальный передел собственности может погрузить страну в кровь. Мы уже ее наглотались, хватит.
Нужно рассматривать каждый конкретный случай. Критерием здесь, с моей точки зрения, должна быть эффективность работы предприятия, его перспективность, заработная плата рабочих. Если все это есть, если зарплата повышается, отчисления выплачиваются в консолидированный бюджет, зачем пересматривать форму собственности? Но есть и другие случаи, когда объявляется лжебанкротство, когда предприятия делятся на части и т. д.
– Каким же должно быть вмешательство государства?
– Мы за то, чтобы государство поддерживало отечественного производителя. Это может происходить за счет снижения налогов, льготного кредитования, снижения процента, за счет повышенного внимания к венчурным предприятиям. Они должны иметь какие-то льготные условия, причем не отдельное предприятие, а целая категория предприятий, работающих на прорывных участках научно-технического прогресса.
Безусловно, нужно серьезно работать с коммерческими, банковскими структурами. Они должны развернуться лицом к реальной экономике.
Кроме этого нужно, чтобы государство имело свою таможенную политику. До сих пор у нас ее не было. Таможенная политика должна служить тому, чтобы действительно поддержать отечественного производителя: уменьшить импортный ручеек там, где это нужно, увеличить, где мы сами чего-то не производим.
– О каких группах товаров в данном случае идет речь?
– О продовольственных товарах и о некоторых других. Меня абсолютно удивляет ситуация, когда у нас производится конкурентоспособная продукция, причем по ценам ниже мировых, и в то же самое время мы закупаем ее по импорту, потому что есть группы людей, связанные с импортом, которые получают на этом деньги.
Когда я говорю о поддержке отечественного производителя, это отнюдь не означает, что мы должны отделиться, изолироваться. Мы должны поддерживать отечественного производителя и в то же самое время поощрять создание совместных компаний, инвестиции из-за рубежа. Причем в первую очередь прямые инвестиции, а не портфельные, как это было раньше: если деньги и приходили, то, главным образом, оседали в короткосрочных спекулятивных сделках с ценными бумагами.
– Я знаю, что у блока существует программа “500 заводов”, нацеленная на поддержку конкретных предприятий. Вы могли бы перечислить отрасли, которые приоритетны для вас, которые в первую очередь нуждаются в господдержке?
– Если говорить в общем, это и машиностроение, и сельское хозяйство, и другие отрасли. В то же время в самом машиностроении нужно сделать упор на авиацию, космос, автомобилестроение, т. е. на те отрасли, где мы можем продвинуться, где мы уже продвинулись. Основной принцип отбора заключается в том, что эти отрасли должны иметь большой научно-технический потенциал, они уже должны быть продвинутыми, конкурентоспособными.
В то же самое время должны быть отрасли и с быстрой оборачиваемостью, быстрой отдачей. Сейчас уже наступает момент, когда заложенные в экономике тенденции роста начинают задыхаться. Нужны новые импульсы. Неправильно просто уповать на то, что раз девальвация рубля привела к поддержке экспортных отраслей, а сокращение импорта – к импортозамещению, то эти объективные причины будут работать вечно. Нужен новый импульс, потому что, к сожалению, просматривается тенденция к снижению экономического роста.
Когда я восемь месяцев был в правительстве, мы занимались экономикой очень серьезно, в частности сельским хозяйством и т. д. Мы вплотную подходили к созданию государственной нефтяной компании, уже был проект решения правительства. [Если бы она была создана], мы бы не допустили такого скачка цен на горюче-смазочные масла и бензин.
– Скажите, вы сами определились, будете ли вы работать в Думе? Есть ли пост, который вам бы хотелось занять?
– Нет, я еще ничего не определил.
– Позиция спикера вам была бы интересна?
– Вряд ли я соглашусь.
– Кто мог бы стать союзником ОВР в Думе?
– Все здоровые силы, которые объединятся с нами для решения проблем страны.
– С КПРФ возможны какие-то формы сотрудничества?
– А чем они хуже других? В КПРФ есть здоровые силы, с которыми мы будем сотрудничать. У “Яблока” есть здоровые силы, и у “Единства” есть. Мы не замкнутая организация. Мы левоцентристский блок. Именно поэтому я и пришел сюда, когда мне предложили возглавить это движение. Я считаю, что оно должно изменить весь расклад в Думе. Все здоровые силы должны объединиться для того, чтобы Россию вывести из того положения, в котором она сейчас находится.