КЛИНИКА: Французская болезнь
Прислушайтесь к тому, что творится в атмосфере, - услышите гул и ропот возмущения. Все хором сокрушаются о том, что случилось во Франции в воскресенье, когда избиратели катапультировали Жан-Мари Ле Пена в финал президентских выборов. Тучи сгустились, но виден и просвет.
Ле Пен, этот радикал-демагог и торговый протекционист, пока на 2-м месте. В мае ему придется бороться за победу с нынешним президентом консерватором Жаком Шираком. Социалист Лионель Жоспен, нынешний премьер-министр, занял 3-е место и выбыл из гонки.
Толпы возмущенных граждан вывалились на улицы Франции, чтобы выразить протест. Скорбное настроение овладело и представителями официальных кругов США: Ле Пен - истребитель иммигрантов, собравший под свое крыло антисемитов и прочих экстремистов. Неужели фашизм вновь простер над Европой свои совиные крыла? Ответим кратко: нет. Неверно было бы думать, что Франция вдруг ударилась в лепеновскую ксенофобию. Процент голосов у него сейчас не намного выше, чем на предыдущих выборах. И никогда он не станет президентом Франции. Опросы показывают, что Ширак в мае получит 80%.
Но случившееся можно расценивать как тревожный сигнал, который должен пробудить Францию и напомнить ей о насущных проблемах. В стране назрели экономические и политические реформы, и сейчас и для правых, и для левых это очевиднее, чем когда-либо прежде.
События во Франции - настоящая катастрофа для европейских левых, которые уже не могут собраться и сыграть слаженно на собственном поле. Даже французам осточертело наблюдать, как страна несется под откос под улюлюканье социалистов, коммунистов и зеленых. Они голосовали не столько за Ле Пена, сколько против Жоспена. Апокалиптический провал социалистов - вот что должно реально взбудоражить самодовольный истеблишмент.
Провал Жоспена наглядно демонстрирует причину нынешнего раскардаша в лагере европейских левых. Он пытался совершить невозможное - управлять страной как ортодоксальный социалист и при этом не напугать средний класс. Он балансировал на тонкой проволоке, делая некоторые движения в сторону реформ и одновременно пытаясь убедить остальную Европу принять ту модель социальной политики, которая душит французский бизнес.
Не сработало. Средний класс не поверил, что Жоспен сможет либерализовать экономику до такой степени, чтобы остановить падение жизненного уровня и рост преступности. Люди убедились, что глава правительства продолжает лезть к ним в кошельки со своими налогами. Потом от Жоспена отшатнулся и костяк его электората - левые, переставшие верить в его стопроцентную верность своей радикальной программе (сохранение национализированных предприятий, высокие налоги и потворство профсоюзам).
Европейские левые уже давно хромают и ищут причины тому аж со времен падения Берлинской стены. Одно за другим шли поражения левых в Австрии, Италии и Дании. Только в Великобритании, где лейбористы во главе с Тони Блэром предлагают адаптированную и усеченную форму социализма (за счет чего страна добилась реальной либерализации экономики), левые имеют успех и сохраняют свой электорат.
Вызов, брошенный Ле Пеном, может пойти на пользу и голлистской партии Ширака, если только она сможет извлечь правильные уроки. Один из уроков: не надо пытаться дать стране мягкий вариант Ле Пена (торговый протекционизм, государственный контроль над экономикой). Надо провести реформы, которые вытащат страну из социалистического болота и дадут ей новый импульс развития. Правительство Ширака, исповедующее экономическую гибкость, особенно на рынке труда, может воспользоваться вакуумом, который на некоторое время образуется в лагере поверженных и деморализованных левых.
В свете этого лепеновский демарш выглядит скорее даже позитивным, чем негативным событием для Франции, Европы да и для всего мира. В глобальной экономике не может быть "маленького социализма". Вот парижский урок, который мы получили в воскресенье. Прежние левые умерли, и их похоронили. (Редакционная статья Wall Street Journal, 23. 04. 2002)