Успехи мухозаводства

Выставка в “Стелле-арт” выглядит ровно так, как и должна выглядеть выставка классика и звезды. Физический вес произведений в данном случае говорит о больших финансовых возможностях частной галереи. Против бледных принтов, показанных с полгода назад в Третьяковке, яркие и разнообразные инсталляции в “Стелле” производят впечатление действительно актуального искусства, создаваемого живым художником.

Здесь представлены все суперхиты Ильи и Эмилии Кабаковых. Дрессированные мухи, орнаментирующие стену в духе советских праздничных надписей. Свежевыкрашенная табуретка – оплот уюта. Стальная ложка для супа – герой бытовой мифодрамы эпохи развитого социализма. Особенность данной выставки в том, что набор узнаваемых произведений отличается ярко выраженной галерейностью.

Ради полноты спектра представлена и часть известного проекта “Игорь Спивак” (псевдозабытая живопись псевдонеизвестного художника), и совсем непривычный синтетический Кабаков – композиция на искусственной траве “Догоняющий зайца”. В качестве “бонуса” – совсем незнакомый в России красивый и добрый Кабаков, рассуждающий про уют и счастье. “Рай в интерьере” – это игрушечный зоопарк на подсвеченном карнизе, висящий высоко под потолком. Его так же легко представить в какой-нибудь новорусской детской, как грязные кастрюли на коммунальной кухне. Романтический концептуализм, чьим отцом-основателем считается Илья Кабаков, таким образом, наконец-то предстает как искусство глубоко реалистическое и жизненное.

Кабаков многажды говорил, что дядьки и тетки, ругающиеся на кухне, битые алюминиевые поварешки и прочая пролетарская бытовуха его инсталляций – это не критика существовавшего порядка, а описание того, как действительно жили эти странные советские существа. Жили и были счастливы. Теперь, в инсталляциях из современных пластмассовых вещей на темы более вечные, песенка про счастье вдруг действительно оказалась песенкой про счастье – т. е. тем, что художник заявлял буквально.

Галерея “Стелла-арт” сделала то, что давно пора бы сделать, но профессиональному сообществу было не по средствам. Илья и Эмилия Кабаковы открылись публике не в государственном музее, а в частной галерее. Сами авторы на открытие выставки не приехали, но от этого событие не стало менее менее значительным. Впервые нам показано столько Кабакова, что можно наконец-то осознать его значительным художником, а не легендарным привидением из анналов отечественной истории.