Рэнкинги вредят, считает декан Wharton
Я благодарен редакторам Financial Times, которые дали мне возможность объяснить нашу позицию. Все очень просто: мы считаем, что рэнкинги – плохой инструмент для будущих студентов, пытающихся выбрать для себя правильную бизнес-школу, в наибольшей степени отвечающую их интересам и потребностям в образовании, и школу, которая поможет им подготовиться к продолжению карьеры.
Мы не пытаемся спрятаться от журналистов. Мы ищем способы сконцентрировать, в том числе с их помощью, наши усилия на разработке более конструктивных и значимых способов оценки бизнес-школ студентами и работодателями.
Говорили, что мы пытаемся запретить студентам и выпускникам высказывать свое мнение. Но любой, кто бывал в университете, тем более в бизнес-школе, знает: нет ничего, что могло бы помешать студентам высказать свою точку зрения! На самом деле мы инициируем конструктивный и открытый диалог, потому что именно в таком диалоге, где сталкиваются идеи, рождается что-то новое. Мы глубоко уважаем мнение наших студентов. Наша цель – постоянно совершенствовать нашу образовательную программу, и студенты каждый год помогают нам в этом.
Не менее важен для нас и интерес, который к нашим курсам обучения и уровню подготовки выпускников проявляют рекрутеры. Мы всегда интересуемся их мнением, и они помогли нам внести существенные коррективы в нашу программу.
Более 10 лет мы ежегодно проводили опросы среди наших студентов, чтобы узнать, насколько они удовлетворены системой обучения. Конечно, не все ответы были положительными. Более того, наибольшую помощь мы получаем именно от негативно настроенных студентов, ведь они помогают нам понять, где и что нам нужно сделать, чтобы улучшить ситуацию. Мы внимательно анализируем все отзывы, чтобы понять природу проблем, и стараемся быстро их разрешать с помощью целенаправленных мер.
Рэнкинги же стригут всех под одну гребенку, давая цифровую оценку деятельности школы, которая основана на неясной методологии и сопровождается субъективными комментариями о том, что школы делают правильно, а что – неправильно. Это порождает “игру в рэнкинги”: школы начинают принимать меры и реализовывать программы, которые помогут им подняться в рейтингах, не предпринимая реальных усилий для улучшения образовательного продукта.
Некоторые составители рэнкингов провозглашают себя реформаторами в области образования, но то, что они называют реформами, может быть всего лишь трюком или уловкой, не оказывающими существенного влияния на качество подготовки студентов. Среди примеров таких ухищрений можно привести школу, которой не понравились отзывы о ней работодателей. Чтобы подняться в рэнкинге, составляемом на основе мнений рекрутеров, она ввела для приезжающих работодателей услуги по парковке и сопровождению. На следующий год школа поднялась в рейтинге рекрутеров, а в статье, сопровождавшей публикацию, нововведение было названо эффективной реформой.
Но разве, выбирая школу, будущие студенты смотрят на рэнкинги рекрутеров не для того, чтобы понять, насколько компании любят приглашать к себе на работу ее выпускников? И не для того, чтобы оценить возможности карьерного роста после получения диплома этой школы? И какое отношение имеет к этому вежливость слуг, встречающих работодателей на парковке? Но цифровые показатели не дают никакого разграничения.
Мы считаем, что рэнкинги не помогают, а вредят будущим студентам. Объемы продаж журналов и газет, печатающих рейтинги бизнес-школ, путеводителей по школам и комментарии самих студентов, показывают, что рейтинги играют большую роль при выборе бизнес-школы. Однако рэнкинг – плохая замена собственному обстоятельному анализу, который должен провести студент и который поможет ему сделать правильный выбор.
Мы не утверждаем, что наша школа – лучшая, и мы совсем не хотим, чтобы студенты выбирали ее только потому, что она представлена в рэнкингах. Студенты должны выбирать школу, исходя из своих карьерных предпочтений, из того, какие предметы они хотят изучать, какой стиль обучения им подходит. Это требует более существенных исследований, чем могут предоставить рэнкинги.
Мы тратим сотни человеко-часов, отвечая на вопросы более десятка составителей рэнкингов, в которых мы уже давно участвуем, и каждый год к нам обращаются все новые издания. Принятое в апреле решение касается только предоставления адресов электронной почты. Конечная же цель Wharton School состоит в том, чтобы предоставить будущим и нынешним студентам, выпускникам, рекрутерам и СМИ более полную информацию, которую можно было бы использовать для сравнения в самых разных областях.
Поэтому мы поддерживаем усилия Graduate Management Admissions Council по созданию базы данных, которая включала бы стандартизированную, проверенную информацию. Комитет по стандартам MBA Career Service Council также работает с некоторыми издателями рейтингов, включая Financial Times, обсуждая, какую информацию они хотели бы отслеживать. Сотрудничая с другими бизнес-школами и СМИ, договариваясь о стандартах и предоставляя информацию для независимого аудита, мы надеемся давать больше, а не меньше информации для потенциальных студентов и работодателей во всем мире. (FT, 1.11.2004, Михаил Оверченко)