Полная обнаженка
Сегодня в Московском Доме кино Эльдар Рязанов показывает свой новый фильм "Старые клячи". 7 марта состоится премьера в Петербурге и Мурманске, потом - в 23 городах России кроме столицы.
Судьба московского проката картины пока не ясна. Фильм произвело на свет объединение "КиноМост", а следовательно, премьерный показ был рассчитан на кинотеатр "Октябрь". Но поскольку "Октябрь" до сих пор не готов, "мостовские" объединения начинают потихоньку выпускать фильмы в других кинотеатрах, но спокойным в этом смысле можно быть лишь за номинированный на "Оскар" и снятый при участии "НТВ-ПРОФИТ" "Восток - Запад" Режиса Варнье - потому что обычные российские фильмы в залы класса Кодака и "Пушкинского" берут неохотно.
В общем, Рязанов пребывает в состоянии большой растерянности и неопределенности. Как, впрочем, и тогда, когда фильм запускался в производство. Шел август 1998-го, съемки фильма "Тихие омуты" - большого рязановского проекта, финансируемого государством, - были в самом разгаре. Но с сентября деньги поступать перестали, "Омуты" законсервировали, и тут два никому не известных доселе кинодраматурга - Владимир Моисеенко и Юрий Федоров - передали Рязанову некий сценарий.
Рязанов крепко над ним задумался, а однажды утром проснулся с ощущением, что он знает, как довести эту историю до ума и снять по ней фильм. Деньги предоставил продюсер Владимир Досталь (утверждается, что бюджет "Кляч" $700 000, с виду фильм кажется более дорогим, но не суть). Кого он хочет снимать, режиссер знал сразу: своих любимых актрис Людмилу Гурченко, Светлану Крючкову, Лию Ахеджакову и Ирину Купченко, а также любимого актера Валентина Гафта в роли благородного, а потому несчастного русского генерала. На роль счастливого нового русского (ясное дело - жулика) Рязанов пригласил Николая Фоменко, о котором имел представление только по "Сироте казанской". Ни одного фоменковского телешоу Рязанов не видел, потому что TV вообще не смотрит - некогда.
Неизвестно, смотрит ли он видео и следит ли за новинками зарубежного кино. А потому трудно судить, сознательно ли режиссер снимал скрытый римейк нашумевшего в сезоне 1997 - 1998 гг. фильма Full Monty ("Полная обнаженка", или - как он назван в нашем прокате, - "Мужской стриптиз") или сюжетные отсылы "Старых кляч" к этому британскому хиту и оскаровскому фавориту - плод бойкой мысли безвестных рязановских соавторов.
Поскольку с тех пор миновало уже два "Оскара", напомним сюжет британцев: город Шефилд центр сталелитейной промышленности, 70-е гг., бодрость и процветание. 25 лет спустя: столько стали стране больше не требуется, заводы закрываются, а новоиспеченные безработные во главе с блистательным Робертом Карлайлом ищут разные способы, чтобы приспособиться к новой реальности. Способы полузаконные, совсем незаконные, экстравагантные.
И наконец, преодолев внутренние комплексы и массу внешних препятствий, они устраивают в клубе мужской стриптиз. Обстоятельства побеждены, никто не пострадал, а шефилдцы просто счастливы: на развлечения их город небогат, и жить там скучно.
В Москве, как известно, жить не скучно совсем - это первое. Второе: за непрофессиональный стриптиз (хоть мужской, хоть женский), равно как и за непрофессиональное шоу, здесь не заплатят. С учетом этих двух поправок и развивается сюжет "Старых кляч". 1989 г.: четыре неразлучные подружки весело работают на заводе и выступают в самодеятельности. 10 лет спустя: ни завода, ни песен, ни плясок. Одна торгует овощами и фруктами у хозяина кавказской национальности, другая служит уборщицей в офисах новорусских жуликов, у третьей один из этих жуликов обманом выманил квартиру в Доме на набережной. Да, да, именно там, потому что отец скромной работницы в исполнении Лии Ахеджаковой был государственной важности конструктором и специально для Сталина придумал чудо-машину - нечто среднее между BMW Джеймса Бонда и авто Бэтмена, - на которой подруги теперь и колесят по Москве.
Как и их шефилдские коллеги, наши пролетарки тоже решили за себя постоять: победить врагов и обстоятельства, вернуть утраченное, не потеряв дружбы. Для чего используют разные способы: полузаконные, совсем незаконные, экстравагантные. Все их подвиги наводят тоску на зрителя, но самим героиням доставляют несомненное удовольствие. Тем более что врагов они побеждают, утраченную жилплощадь захватывают, а в момент наивысшего душевного подъема устраивают шоу в Театре эстрады. Правда, не со стриптизом, а с песнями еврейского - почему-то - народа и одетые - но так, что лучше бы уж восторжествовала полная обнаженка.
Сам режиссер появляется на экране именно в тот момент, когда зритель уже доведен до белого каления и хочется воскликнуть: Эльдар Александрович! Да что же это такое? И тетенек жалко - и в самом деле ведь звезды, - и благородного генерала Гафта, который пытается выиграть в казино, чтобы накормить своих голодных солдат... От Фоменко, правда, не убудет - он ведь часть того мира, который режиссер ненавидит: с казино, новорусскими ресторанами, компьютерами "Вист" и шоу "Империя страсти". Но играющий судию (похоже, что высшего), Рязанов лишь скорбно смотрит вдаль и ответом не удостаивает. Дело не в том, что он снял неудачный фильм: при такой высокой продуктивности даже классики не застрахованы от брака; дело в пафосе "Старых кляч".
Можно, конечно, сильно не любить новую жизнь и найти тысячу причин, за что именно. Но для того чтобы сделать такое кино, надо уж как-то особенно, отчаянно, до полной обнаженки не любить жизнь вообще. За что, собственно? Ведь даже герои "Мужского стриптиза" нашли способ вновь обрести радость существования. А к классикам российской кинематографии жизнь всегда была более милостива, чем к британским сталелитейщикам.