Здесь, "Лед", тебе будет тепло
Наконец, "НРЗБ" Сергея Гандлевского: большое стихотворение в прозе, эталонный интеллигентский филологический роман с несколько старомодным, правда, сюжетом. Написано блистательно: Гандлевский - изумительный литератор, чувствующий язык как мало кто. Его можно читать и получать от этого много удовольствия: этот текст сделан очень хорошо. Конечно, именно "НРЗБ" - фаворит этой шестерки; 5 декабря, даст бог, Гандлевскому достанутся $12 500; в принципе, таких противников, как Месяц - Бортников - Павлов - Мелихов, проходят не глядя, как "круговых" в "Формуле-1". Гандлевский к тому же - пилот опытный: несколько лет назад он уже получал премию "Малый Букер" за повесть "Трепанация черепа". Что до возможности получения премии "Букер - Открытая Россия" В. Г. Сорокиным, то я бы расценил ее как нулевую: этого не может быть, потому что не может быть никогда.
Вчера в гостинице "Балчуг" жюри премии "Букер - Открытая Россия" предъявило реестр из шести лучших русских романов сезона 2001 - 2002. В шорт-лист просочились роман Дмитрия Бортникова "Синдром Фрица", "НРЗБ" Сергея Гандлевского, "Любовь к отеческим гробам" Александра Мелихова, "Лечение электричеством" Вадима Месяца, "Карагандинские девятины, или Повесть последних дней" Олега Павлова и - с сенсационным душком - "Лед" Владимира Сорокина.
Последний раз сорокинский текст попадал в шестерку 11 лет назад: то были "Сердца четырех". Дело в том, что "Букер" негласно является премией литературного толстожурнального истеблишмента, с которым у писателя Сорокина отношения крайне натянутые. И вдруг Сорокин попадает в шорт-лист; более того, жюри еще и распространило короткое заявление следующего содержания: "Внесение в короткий список имени Владимира Сорокина является в данном случае единственным способом выразить протест против травли писателя, грозящей ему судебной расправой. Мы считаем недопустимым создание подобного прецедента". Браво: это очень достойный, джентльменский со стороны "Букера" жест - жюри как бы гарантирует авторитетом премии "Букер", что Сорокин - явление литературы и судить его нужно исключительно по законам литературы. Кроме того, это еще и трогательный, конечно, поступок: как если бы на "Титанике", уже после столкновения, вдруг обнаружилась партия "зеленых" пассажиров, которая принялась бы защищать арктические льды от глобального потепления. В принципе, Сорокин и "Букер" - оксюморон, соединение невозможное. Впрочем, один из членов жюри, критик Валентин Лукьянин, счел-таки необходимым сделать заявление, в котором сообщил, что он лично считает Сорокина не писателем, а скандалистом-пиарщиком. Председатель жюри Владимир Маканин, напротив, сказал, что "Лед" избран в шестерку не только по политическим, но и по литературным причинам: "Это замечательный текст".
"Шестерка" - если оставить в покое Сорокина и прокомментировать все прочее - получилась неизящная, угловатая, невнятная; впрочем, после такого крайне корректного профессионально-цехового жеста обвинять жюри в некомпетентности вроде как неловко. Собственно, и длинный список в этом году был скучным: в русской литературе выдался скудный, неудачный год. Единственное, на что следовало бы попенять жюри, - невключение в "шестерку" романа "Страх" Олега Постнова. Про лауреатов же следует сказать вот что.
"Синдром Фрица" - клочковатая, до безобразия личная, дурно сконструированная, полная сомнительных сентенций исповедальная проза. Этот текст как будто облитый весь лунным загаром: слишком заметно воздействие вращающейся рядом сверхтяжелой планеты по имени Юрий Мамлеев (мэтр протежирует молодого писателя). Бортников невыносим; не читайте его. Текст Александра Мелихова есть что-то вроде семейной богоискательско-философской саги, рассказывая которую автор не стесняется регистрировать мельчайшие движения своей души. Это типичный букеровский роман 90-х - интеллигентская нутряная муть без хоть сколько-нибудь внятного сюжета. Местами текст совсем уж графоманский: "У гробового входа в родное пепелище я постарался принять выражение непроницаемой корректности" и т. п.
"Лечение электричеством" Вадима Месяца напоминает непринятый за низкие художественные достоинства киносценарий, наспех переделанный в роман. Это что-то вроде серии эмигрантских истерик людей, оказавшихся в Америке. Шутки не смешны, композиция дурна, герои совершенно картонные. Текст, безусловно, не для широкой публики.
Олег-павловские "Карагандинские девятины" - социальный роман про армейский ад в Средней Азии: рассказ про солдатика, угодившего в отвратительную историю, почти детективную; но детектив какой-то совсем уж не английский. Написано профессиональным литератором, и даже кровью, кажется; но все равно неинтересно.