Быль о потерянном времени
В России, как известно, две беды, одна из которых - дороги. Недавно ГИБДД Амурской области запретила движение тяжелого транспорта по автотрассе Новобурейский - Талакан, поскольку строительство дороги еще не закончено. На днях агентство "Прайм-ТАСС" передало с одной из "строек века" - Бурейской ГЭС, что УВД Амурской области разрешило администрации ГЭС доставлять на Бурею мазут для котельных, обслуживающих стройку. Видимо, на эту исключительную меру амурская милиция согласилась потому, что эта ГЭС крайне важна для РАО "ЕЭС России". Льгота для строителей электростанции пришлась как нельзя кстати: без топлива зимой в Приамурье трудно вести строительные работы. Теперь строители жалуются, что стройматериалы им подвозят крайне неаккуратно, из-за чего назначенный на середину года пуск первого блока ГЭС может не состояться. Между тем строительство злосчастной дороги на Амур может затянуться. Часть ее приходится на участок, относящийся к федеральной трассе Чита - Хабаровск, которую Минтранс собирается сдать в эксплуатацию только к концу 2004 г., да и то лишь с помощью кредита ЕБРР на $70 млн.... Как только ни пыталось РАО ЕЭС завлечь на Бурею стратегического инвестора - то пакетом акций будущей ГЭС, то схемой "кредиты в обмен на энергию", то льготными тарифами. Но инвестор все никак не идет, и теперь становится понятно почему. Он просто не может сюда пройти.
В тот момент, когда многие эксперты заговорили о тревожных тенденциях в российской экономике, из-за океана пришло неожиданное доказательство интереса иностранных бизнесменов к России. На Чикагской товарной бирже (CME) на глазах набирает обороты торговля фьючерсными контрактами на курс американского доллара к российскому рублю, прекратившаяся после кризиса 1998 г. Этот рынок был с большой помпой презентован в конце 1997 г., и до августа 1998 г. его активность была довольно высока. Участники торгов вспоминают, что, как и на классическом срочном рынке, в Чикаго были и спекулянты, и хеджеры. Но кризис убил этот инструмент: спекулянты еще какое-то время пытались торговать, но инвесторов, страхующих валютные риски инвестиций в Россию, не осталось. А без них срочного рынка не бывает. И все забыли о том, что за океаном торгуются фьючерсы на курс рубля. Но в конце прошлого года ситуация изменилась. Как рассказал "Ведомостям" представитель СМЕ, интерес к фьючерсу рубль/доллар начали проявлять инвесторы из Москвы и крупные американские хедж-фонды. Есть спрос - появилось и предложение: маркет-мейкером по контрактам на рубль на СМЕ стал один из крупнейших банков мира, Deutsche Bank. В проекте участвовали его лондонский и нью-йоркский офисы и банк обещает держать узкие спрэды по четырем котируемым контрактам. Представители СМЕ утверждают, что кроме Deutsche Bank есть еще один маркет-мейкер, имя которого не разглашается. Интерес инвесторов к страхованию валютных рисков вложений в Россию говорит, что в нашей экономике действительно все не так плохо. Ведь реальный рынок фьючерсов - это не отчеты чиновников о великих успехах.
Мало кто верит в то, что владельцам крошечного пакета акций "Укртелекома" удастся заблокировать в суде сделку по приобретению "МобильнымиТелеСистемами" украинского сотового оператора UMC (см. статью на этой странице). В отрасли достаточно примеров безнадежных судебных исков миноритариев, требовавших отменить крупные сделки, - вспомнить хотя бы иски к "Петербургской телефонной сети" двухлетней давности. Выходит, что в худшем случае МТС грозит некоторая отсрочка покупки. Однако значение этой отсрочки не стоит недооценивать. В сотовом бизнесе каждый день на счету. Не случайно, продвигаясь в регионы, российские национальные операторы не раз предпочитали перекупать за миллионы долларов GSM-лицензии вместо того, чтобы ждать несколько месяцев, пока Минсвязи бесплатно найдет для них частоту. МТС по завершении сделки намерена инвестировать в UMC порядка $350 - 400 млн. Иными словами, UMC получила бы важное преимущество в скорости перед своим главным конкурентом на Украине - компанией Kievstar, - у которой пока нет средств на взрывообразную экспансию. За время судебного разбирательства UMC может это преимущество потерять.