Жизнь - жестянка
Техас, наши дни. Профессор философии Дэвид Гейл, автор книги "Диалогическое истощение" и борец за отмену смертной казни, приговорен к высшей мере за изнасилование и убийство своей соратницы по правозащитной организации "Деф уотч".
За четыре дня до казни он неожиданно соглашается дать последнее интервью репортеру журнала "Ньюс" Бетси Блум, которую играет преднамеренно не причесанная Кейт Уинслет.
Три встречи в комнате свиданий убеждают ее в том, что Гейл невиновен, а его крестовый поход против техасской судебной машины - правое дело. Однако все новые и новые улики наводят Бетси на мысль, что распутать узел будет непросто. Подлинные обстоятельства преступления откроются ей уже после того, как Гейл получит от нее все, что хотел.
Из рассказов профессора становится понятно, как была пущена под откос его исполненная высокого служения жизнь: вот заботливый отец и блестящий оратор изгнан из профессии после ложного обвинения похотливой студентки. Вот он спивается, устраивается разносчиком пиццы, вот функционеры "Деф уотч" запрещают ему ходить с мегафоном на митинги.
Сценарий "Жизни Дэвида Гейла" написал университетский преподаватель Чарльз Рэндольф, бесконечно влюбленный в образ жизни собственных коллег: вечером у них танцы под Леонарда Коэна, секс с исключенными студентками, пикировка лимериками и пьянство. Днем - произнесение сентенций вроде: "Власть плоха, потому что люди, наделенные властью, не читают журнал "Нью-Йоркер", проверка рефератов и демонстрации за отмену смертной казни (или против войны в Ираке). Остается только подивиться структурированности общества, в котором все расставлено по своим местам: если ты преподаешь Лакана, изволь в свободное время защищать права африканских пчел или приговоренных к смерти насильников. В своей борьбе со злостными неподписчиками "Нью-Йоркера" интеллектуалы не остановятся ни перед чем: когда марши протеста становятся неэффективны, они придумывают убийственный ребус, наносящий серьезный удар по американской судебной системе.
В том, что детективный сюжет скрывает вполне прозрачный политический посыл, нет ничего удивительного: Алан Паркер занимался пропагандой еще в те годы, когда исполнитель роли Гейла Кевин Спейси безуспешно пытался пристроиться участником развлекательных телевизионных шоу. Режиссеру надо отдать должное: он и на этот раз сумел замаскировать агитку под триллер, который способен все два часа удерживать внимание зрителя.
Представляя фильм в конкурсе прошлого Берлинского кинофестиваля, Паркер выразил надежду, что его картина спровоцирует дебаты и заставит публику задуматься о целесообразности смертной казни. Однако, как это часто бывает, "Жизнь Дэвида Гейла" может вызвать у зрителя реакцию, противоположную искомой: кровожадные сторонники высшей меры в фильме выглядят если не умнее, то честнее заплутавших среди цитат правозащитников.
Борьбой за отмену смертной казни режиссер, правда, не ограничивается: нетрудно догадаться, кого создатели фильма имели в виду, изображая губернатора Техаса, чей коэффициент интеллекта стремится к IQ Форреста Гампа. Вывод напрашивается мгновенно: штат, лидирующий по числу смертных казней, породил президента, который всему миру готов сделать смертельную инъекцию хлористого калия.
Впрочем, электорат других президентов вовсе не обязан знать, как прогрессивный британский режиссер интерпретирует нюансы политической борьбы в США. Тот, кто находится вне американского предвыборного контекста, волен сделать иное заключение: это не благородная идея требует жертвоприношения. Это жизнь современного схоласта так пуста, что ее не жаль обменять на поправку к Конституции и полторы недели газетного ажиотажа.