Толлингу в России тесно
Они уже не ругают злых иностранцев за то, что те вводят антидемпинговые процессы и мешают им торговать сталью на мировых рынках. Они научились торговать сталью и готовы к реализации новых смелых проектов. О планах одного из крупнейших в России предприятий черной металлургии - Новолипецкого металлургического комбината (НЛМК) - рассказывает председатель совета директоров предприятия Владимир Лисин. Он также является основателем и руководителем компании "Румелко", которая управляет НЛМК и десятком других металлургических заводов. В интервью "Ведомостям" Владимир Лисин впервые подробно рассказал о том, что собой представляет "Румелко".
Российские металлургические предприятия стоят на пороге серьезных изменений.
- Расскажите, какие новые проекты реализует Новолипецкий меткомбинат? - Один из проектов, который мы сейчас осуществляем, связан со "Стинолом" (дочерняя структура НЛМК, крупнейший в России производитель холодильников. - "Ведомости"). Мы ведем переговоры с западными инвесторами о создании в Липецке производства по выпуску российской бытовой техники: стиральных машин, газовых плит, микроволновых печей. Назвать наших партнеров по переговорам я пока не могу, но очень скоро мы расскажем все подробности.
- Но сейчас внутренний рынок и так перенасыщен такой техникой.
- Рынок перенасыщен очень дорогой импортной техникой. А ниша недорогой российской бытовой техники пустует, и мы хотим ее занять.
- "Стинол" будет совладельцем нового предприятия? - Да, но окончательные условия и формы нашего участия в этом бизнесе и участия западного инвестора пока до конца не проработаны.
- Недавно было заявлено том, что НЛМК хочет купить металлургический завод на Филиппинах - National Steel Corp. Почему родилась такая идея? - Исторически сложилось так,,что наши металлургические заводы большую часть своей продукции продают на западном рынке. Но нам и самим имеет смысл интегрироваться в мировой рынок, в том числе начать заниматься толлингом за границей. Можно поставлять наши слябы (заготовки для выпуска стального проката. "Ведомости") на западные предприятия, платить им за переработку и продавать готовую продукцию там же, на Западе. Это гораздо выгоднее, чем экспортировать готовую продукцию из России.
- Т есть, возможно, НЛМК и не будет покупать National Steel Corp., а просто договорится о работе по толлингу с этим предприятием? - Совершенно верно, такой вариант возможен. Но вариант покупки мы тоже просчитали. Окончательное решение пока не принято.
У этого предприятия много проблем. На сегодня этот завод должен кредиторам порядка $400 млн.
Приобретая контрольный пакет его акций, мы должны были бы взять на себя обязательства погасить эти долги. На это, по нашим подсчетам, может уйти от пяти до восьми лет.
- А с другими иностранными предприятиями вы хотите работать по толлингу или участвовать в их уставном капитале? - Если на Западе есть свободные мощности по выпуску готового проката, почему бы не воспользоваться этим. Мы сейчас рассматриваем возможность сотрудничества с несколькими предприятиями.
- Предприятия, о которых вы говорите, расположены в том же регионе, что и National Steel Corp.? - Нет. Один завод из тех, которые мы рассматриваем в качестве возможных партнеров, находится в Америке и еще один - в Европе.
Это небольшие предприятия, они испытывают определенные проблемы, поэтому и заинтересованы в сотрудничестве с нами. Но я не хотел бы пока их называть. Не из опасения, что другие российские заводы перебегут нам дорогу, - ни у кого из наших конкурентов пока нет планов делать на Западе то же, что и мы. Просто, если сами иностранцы узнают о том, что наш интерес к их заводам велик, они могут увеличить стоимость акций или услуг.
- Поговорим о России. В последнее время много говорится о необходимости создания в металлургическом секторе вертикально-интегрированных компаний. Как вы относитесь к этой идее? - Я считаю, что на сегодняшний день попытки создания в России таких компаний в большинстве случаев экономически целесообразны.
- Тем не менее вы - создатель компании "Румелко", о которой мало что известно. Расскажите, пожалуйста, о ней поподробнее.
- "Румелко" - это не холдинг, а управляющая компания. Она была создана в 1998 г. Предприятия, которыми она управляет, не обязательно являются звеньями одной технологической цепочки, как это бывает при вертикально-интегрированных структурах. Холдинг это всегда единая структура, с единой параллелью управления. С "Румелко" принцип совершенно другой. Это принцип своеобразной добровольной федерации. Собирается группа предприятий, и они говорят нам: вот эти, эти и эти задачи нам необходимо решить.
Мы хотим быть конкурентоспособными, но не хотим быть втянутыми ни в какой холдинг, потому что это опасно - нам будут диктовать цены и условия работы. Участники холдинга должны покупать сырье и готовую продукцию только друг у друга. Даже если это менее выгодно, чем покупать то же самое на свободном рынке. Такая зависимость предприятий друг от друга, невозможность менять партнеров - самая большая проблема вертикальных структур.
Поэтому я и говорил о нецелесообразности их создания.
А с "Румелко" ситуация иная.
Это просто профессиональная команда менеджеров; при этом количество предприятий, которыми она может управлять, неограниченно.
- Вы являетесь гендиректором "Румелко"? - Да.
- И какими предприятиями управляет "Румелко"? - Долгосрочные договоры на управление или на взаимодействие подписаны с 10 предприятиями.
Некоторые из них никак акционерно не связаны ни с "Румелко", ни с Новолипецким металлургическим комбинатом. В некоторых мы владеем пакетами. У этих предприятий разные собственники. Но "Румелко" принадлежит часть акций этих предприятий, потому что необходим хотя бы частичный контроль. При этом обладание контрольными пакетами акций не обязательно.
- Кому сейчас принадлежит контрольный пакет акций Новолипецкого металлургического комбината? - В конце прошлого года он на длительный срок передан в управление "Румелко".
- Зачем НЛМК недавно приобрел 10% акций Лебединского ГОКа? - Лебединский ГОК - один из наших стратегических партнеров: это крупный поставщик сырья на комбинат. И мы не хотим, чтобы на ГОКе произошли проблемы, связанные, например, с непрофессионализмом в управлении или с какими-нибудь изменениями в конъюнктуре рынка.
- Но 10% - это небольшой пакет. На что он позволяет рассчитывать? - Это дает НЛМК возможность иметь как минимум одного представителя в совете директоров ГОКа. Кроме того, а вдруг завтра ситуация там изменится? Тогда этот пакет будет очень даже кстати.
- Вы имеете в виду, что ктото из других акционеров ГОКа захочет продать свою долю? Но там крупные пакеты акций принадлежат структурам, близким к "Газпрому", и они их продавать пока, кажется, не собираются.
- Жизнь показала, что очень многие, на первый взгляд стабильные, вещи очень скоро переставали таковыми быть. На наших глазах очень много металлургических империй развалилось.
- Т есть у НЛМК есть некий план по получению полного контроля над Лебединским ГОКом? - Никакого коварного или глубоко прочитанного плана нет. Дело в том, что сейчас акции Лебединского ГОКа принадлежат "Газпрому". Но для него это непрофильное приобретение. И даже "Газпром" с его достаточно невысокой маневренностью рано или поздно придет к выводу, что надо что-то делать с этими активами.
Тогда они окажутся на рынке, и мы сможем этим воспользоваться.
- Как сейчас складываются отношения НЛМК с "Газпромом"? - Мы три года не имели ни копейки задолженности перед "Газпромом", полтора года платим живыми деньгами. Но тем не менее недавно поставки газа нам были ограничены почти на 20%.
Пока будет действовать это ограничение, мы будем вынуждены сокращать объемы производства.
Я считаю, что на самом деле это спекуляция исполнительского персонала "Газпрома". Больше ничего. Если кто-то не платит "Газпрому", почему он вводит ограничение для всех? Вот Вяхирев заявляет, что в "Газпроме" не все в порядке с добычей газа. Если так, то возникает вопрос: откуда взялись такие проблемы, на что была направлена инвестиционная политика "Газпрома"? Если она была направлена на добычу, то все должно быть в порядке. А если на покупку акций, например, Лебединского ГОКа, на создание интернет-проектов, тогда я поднимаю руки.
- Есть ли у НЛМК планы по приобретению другой собственности? Я знаю, что комбинат хочет купить контрольный пакет акций "Яковлевского рудника". Расскажите, как продвигается работа в этом направлении? - НЛМК может потреблять практически 90% добываемой там руды, а от наших потребностей в сырье это составляет немногим менее 50%. Поэтому это предприятие нам интересно. Сейчас контрольный пакет акций "Яковлевского рудника" принадлежит компании "Русский стиль". Она не выполнила инвестиционных условий покупки акций, и поэтому мы предложили властям Белгородской области инициировать процесс возврата в госсобственность контрольного пакета акций этого предприятия. Мы готовы его выкупить, у нас есть серьезная инвестпрограмма - мы готовы вложить в развитие предприятия свыше $30 млн. Но пока реализовать наш план нам не удается.
- Недавно суд отклонил иск властей Белгородской области, которые требовали возврата акций Яковлевского рудника в госсобственность.
- Там была сложная ситуация. Насколько мне известно, Виктор Черномырдин имел встречу с Фаритом Газизуллиным (главой Мингосимущества), после которой в условия инвестпрограммы были внесены изменения: были продлены сроки ее исполнения. Поэтому суд и вынес такое решение. Я думаю, что новое правительство, после того как оно будет сформировано, разберется в том, что там было наворочено.
- Вы надеетесь, что конкурс по продаже контрольного пакета акций Яковлевского рудника все-таки состоится? - Да. И мы будем в нем участвовать.