Чемодан с двойным дном
Осторожность чиновников глава думского комитета по бюджету Александр Жуков объясняет так: "Думаю, они окончательно не определились. Спор пойдет вокруг цифр пессимистического сценария: цен на нефть, ВВП, темпов роста". По его словам, пока никто не знает, как будет работать второй бюджет: источники формирования, направления расходов. Кроме того, потребуется вносить поправки в Бюджетный кодекс, а это заставляет настроиться на кропотливую работу с депутатами. Нестеренко, сама в прошлом депутат, считает, что два бюджета не очень понравятся Думе: "Всегда интереснее самому делить доходы". С точки зрения же казначейской технологии она проблем не видит: "У нас сейчас каждый рубль, поступающий в бюджет, имеет код классификации. Деньги [второго бюджета] также получат соответствующий код". Главная трудность, по мнению Нестеренко, состоит в том, чтобы четко разделить источники доходов каждого из бюджетов: "Трудно порой понять, действительно ли доходы получены от внешней конъюнктуры или вследствие активных действий властей при исполнении бюджета".
Владимир Путин продвигает идею своего экономического советника Андрея Илларионова о формировании "двухэтажного" бюджета. Вчера на коллегии Минфина президент заявил, что первая часть такого бюджета строится исходя из пессимистической оценки стоимости товаров российского экспорта. Вторая часть образуется за счет допдоходов опять же от вывозимой за рубеж продукции. Выступавшие следом Михаил Касьянов и Алексей Кудрин не высказались против подобной конструкции, но ни словом не обмолвились о том, что берут эту модель за основу при подготовке бюджета-2002.
Путин высказался за верстку бюджета по новому принципу уже во второй раз за последние две недели. Впервые этот принцип был сформулирован в послании Федеральному собранию. Одна часть бюджета должна обеспечить исполнение взятых государством обязательств. Причем парламент не вправе менять параметры доходов и расходов, а может только принять или отклонить предложение правительства. Другая часть бюджета, что называется, от бога - она связана с благоприятной внешнеэкономической конъюнктурой. По Путину, это резерв для решения стратегических задач и развития России в годы плохой конъюнктуры мировых цен. Замминистра финансов и глава казначейства Татьяна Нестеренко полагает, что президент слов на ветер не бросает: "Раз он сказал об этом вторично, значит, это задача Минфина на 2002 г. ".
Идею реорганизации бюджета озвучил прошлым летом Андрей Илларионов. Он заявил о необходимости утверждения двух бюджетов - текущего и капитального. В первый поступает большая часть налогов, а расходы направляются на исполнение правительством текущих обязательств. В капитальный бюджет закладываются доходы от приватизации, реализации госимущества, поступления от погашения другими странами долга России. Советник президента предложил направлять в капитальный бюджет все доходы от нефти при цене выше $10 за баррель. Расходы должны идти на сокращение госдолга, прежде всего внешнего. Бывший замминистра экономики Сергей Васильев находит аргументы Илларионова содержательными: "раздвоенный" бюджет обеспечивает стерилизацию нефтедолларов и ускоренную выплату госдолга. "Нельзя конъюнктурные доходы забивать в базу [бюджета], - говорит Васильев. - Нельзя сжимать и разжимать текущие расходы в зависимости от экспортных доходов".
Капитальный бюджет, или "фонд будущих поколений", обычно появляется в странах, на которые свалились сумасшедшие нефтяные доходы, - в Саудовской Аравии, Норвегии, Кувейте. Российский парадокс состоит в том, что новая конструкция предлагается стране, где федеральный бюджет меньше бюджета Нью-Йорка. Все встает на свои места, если вспомнить выношенную Илларионовым идею радикального сокращения госрасходов. "Двухэтажный" бюджет в таком случае - инструмент реализации этой идеи. Чем ниже устанавливается планка цены на нефть, с которой начинаются отчисления в капитальный бюджет, тем сильнее будут урезаться расходы.
"Экономически механизм совершенно прозрачный, но политически его, конечно, трудно внедрить", - считает Васильев. Возможно, поэтому вчерашняя реакция Касьянова и Кудрина на слова президента была очень осторожной. Кудрин высказался в том смысле, что Минфину нужно еще подумать над методикой формирования "стабилизационного фонда внутри бюджета". Касьянов же, отдав идее должное - она, мол, обезопасит страну от рисков, связанных с неблагоприятной рыночной конъюнктурой, - аккуратно отложил немедленную реализацию илларионовских предложений. "Мы не должны ограничивать себя рамками одного бюджетного года", - сказал премьер.
ЗА ИНФЛЯЦИЕЙ - ДЕВАЛЬВАЦИЯ? На заседании коллегии Минфина Владимир Путин еще заявил, что инфляция, в I квартале вдвое превысившая показатель, заложенный в бюджет, "начинает съедать доходы, получаемые федеральным бюджетом, и становится угрозой экономическому росту". На самом деле все несколько сложнее. Об этом - экс-министр финансов Александр Лившиц в интервью "Ведомостям".
"Внутренняя инфляция достигнет по году почти 20%. Курс стоит практически "в стойке": он опустится до 30 руб. за доллар с небольшим - примерно на 6,5%. Иностранных инвестиций мало, развитие предприятий идет в основном за счет собственных доходов. Такие ножницы [между инфляцией и курсом] здорово обстригают экономический рост. Радикальные меры по ограничению инфляции и синхронизации ее темпов с динамикой курса едва ли последуют. В девальвации рубля заинтересованы очень мощные агенты экономики. В первую очередь сырьевой сектор, далее - банки, накопившие множество рублевых долговых инструментов и потому объективно желающие потратить меньше долларов, чтобы обеспечить эти долговые инструменты. Если вы поедете по России и неформально поговорите с директорами, то услышите от них одно: "Когда будет девальвация? " Им понравилось: не надо ничего менять в корпоративном управлении, стараться снизить издержки. Все решается одним махом. Наконец, в девальвации заинтересованы влиятельные политические силы, сделавшие ставку на темпы роста промышленности и ВВП. Темпы роста сейчас - это не просто фаза цикла, а нечто большее, это и сравнительная социальная устойчивость, и продолжение положительных изменений в политической системе. Рост хотят сохранить любой ценой. При существующей ситуации я не вижу альтернативы девальвации. Другое дело, с какой скоростью захотят опускать рубль".