Восток - Запад
Одним из самых коммерчески успешных фильмов Европы в этом году оказался дебютировавший на Берлинале и показанный вне конкурса на фестивале в Москве фильм "Гудбай, Ленин" режиссера Вольфганга Беккера. Фильм, только что получивший девять премий "Лола" (немецкий аналог "Оскара") , рассчитывал собрать миллион зрителей в Германии, в результате получили шесть. "Гудбай, Ленин" купили почти все европейские страны. Для проката в России фильм приобретен компанией "Екатеринбург-арт" и выходит на широкий экран 4 сентября. Во время визита в Москву Вольфганг Беккер ответил на вопросы "Ведомостей".
- "Гудбай, Ленин" - это комедия, но речь в ней идет о тотальной, едва ли не трагической лжи: герой скрывает от мамы-коммунистки, что Берлинская стена пала, а мама скрывает от детей, что она не такая уж и коммунистка. ..
- В комедиях вообще много трагического. Когда вы смотрите "Квартиру" Билли Уайлдера, вы не хотите оказаться на месте Джека Леммона. Мы видим, что поначалу Алекс врет с благими намерениями - он не хочет травмировать мать. Потом он втягивается, вся его энергия направлена на то, чтобы поддерживать фиктивную реальность. Думаю, многим зрителям это знакомо - у нас даже есть поговорка "врет двадцать четыре раза в секунду". Чтобы мама не догадалась о падении Берлинской стены, наш герой вместе с другом подделывают выпуски новостей и показывают ей видеозапись под видом трансляции. Мы использовали реальные кадры из архивов: люди рвались на Запад, а сын говорил маме, что на самом деле они бегут на Восток. Когда "Ленин" шел в немецком прокате, началась война в Ираке. Я слышал, как зрители после фильма обсуждали проблему подделки хроники и задавались вопросом: не дурит ли их CNN?
- В фильме звучит музыка Яна Тирсена, в том числе и та, что была на саундтреке "Амели". ..
- Мне нужна была меланхоличная, но не депрессивная музыка - Тирсен подошел идеально. Да, действительно, мы взяли один кусок из "Амели". Но, насколько я знаю, для Жене он тоже не писал оригинальную музыку - Жене сам выбирал композиции с его пластинок.
- Легко ли вам было работать с русской актрисой - Чулпан Хаматовой?
- Мы встретились с ней в кафе, я стал рассказывать идею фильма и вдруг заметил, что Чулпан смотрит на меня круглыми глазами. Оказалось, ее агент перепутал два сценария, и актриса никак не могла понять, почему мы собираемся снимать фильм о Западном и Восточном Берлине в Южной Африке. В результате я подарил ей путеводитель по Южной Африке, а она мне подсказала несколько идей: оказалось, что советская девочка неплохо представляет себе жизнь в ГДР.
- А вы сами из Восточной Германии или из Западной?
- А вы как думаете?
- Думаю, что с Запада. "Гудбай, Ленин" все-таки взгляд стороннего наблюдателя.
- Да, я родился на границе с Францией и последние 30 лет прожил в Западном Берлине. Многие задавались вопросом: "Как человек с Запада мог настолько точно воссоздать реальность, которой он не видел? ". На самом деле я думаю, что очевидец событий запутался бы в деталях - мне было проще. К тому же восточные немцы слишком искушены в марксисткой диалектике - они прекрасно знают разницу между коммунизмом, социализмом и капитализмом. Моя история может показаться им слишком наивной.
- Восточные немцы не упрекали вас в том, что вы издеваетесь над тем, чего не знаете?
- Честно говоря, я боялся подобных упреков. Думал, скажут: "Да как ты посмел глумиться над нашей трагедией? " Но подобной критики было очень мало: ругались в основном старые диссиденты. Им казалось, что мой фильм не отражает брутальности режима.
- Модная индустрия в последнее время охотно использовала советскую символику. Есть ли в Германии мода на "гэдээровскую старину"?
- Несколько лет назад у нас стали устраивать тематические вечеринки, на которые все приходят в старых вещах - майках, форме гэдээровских спортивных команд. Возник термин "остальгия" - ностальгия по жизни в Восточной Германии. Конечно, для некоторых это остается просто игрой с переодеванием, но есть люди, которые катастрофически разочаровались в западной жизни. Мне кажется, это связано с тем, что ГДР так по-человечески и не похоронили. В вашей стране переход происходил более плавно, а ГДР как будто бы отрубили в один день. У тех, кто вырос в ГДР, и у тех, кто вырос в ФРГ, до сих пор разный менталитет. Кстати, наш фильм совершенно невольно еще больше подстегнул моду на советскую символику. Мы этого не планировали.