Российская микроэлектроника переживает сложный этап своего развития. Если первое десятилетие XXI века ушло на закупку готовых чипов за рубежом, а второе на отверточную сборку серверов из импортных компонентов под собственными брендами, то сегодня отрасль переходит от лицензионного использования чужих технологий к созданию суверенных вычислительных архитектур. На фоне санкционных ограничений варианты действий символов российского процессоростроения «Эльбруса» и «Байкала» разделились, обнаружив точки роста для всей индустрии. До недавнего времени российский рынок делился на два лагеря с разными подходами:
- АО «МЦСТ». Разработчик линейки «Эльбрус», выбрало путь максимальной независимости. Процессоры базируются на собственной архитектуре VLIW, которая изначально проектировалась с упором на безопасность и аппаратную защиту от взлома. Главное преимущество «Эльбруса» - отсутствие зависимости от западных интеллектуальных прав. Полный контроль над системой команд позволяет гарантировать отсутствие недокументированных возможностей («закладок») на уровне микрокода. Эта независимость имеет цену: экосистема программного обеспечения для архитектуры ограничена, а производительность в универсальных задачах пока уступает западным аналогам;
- компания «Байкал Электроникс». Пошла по пути быстрой коммерциализации через покупку лицензий у британской ARM Holdings. Чипы Baikal-M и Baikal-S, основанные на ядрах Cortex-A57 и Neoverse N1, обеспечили отличную совместимость с существующим софтом и Linux-системами. Однако попадание разработчиков под санкции привело к отзыву лицензий и фактической остановке развития линеек на базе ARM.
Эксперты - доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации кандидат военных наук, доцент Зайцев О.Н. и профессор кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации доктор технических наук, профессор Седнев В.А. считают, что оба гиганта столкнулись с общей проблемой - отсутствие доступа к полупроводниковым фабрикам. Исторически сложные российские разработки производились на мощностях тайваньской компании TSMC, однако с разрывом логистических цепочек выпуск новых кристаллов прекратился.
Сегодня ситуация выглядит следующим образом:
- «Эльбрус-16С»: разработка МЦСТ оказалась заблокирована из-за невозможности разместить заказ на производство. Осенью 2024 года компания перешла под внешнее управление НПЦ «Элвис», что поставило под вопрос сроки выхода следующего поколения - «Эльбрус-32С»;
- «Байкал-М»: 28-нанометровый чип, представленный в 2019 году и по производительности сопоставимый с Intel Core i3 седьмого поколения (2017 год). В 2025-2026 годах компания планирует отгрузить десятки тысяч таких процессоров, произведенных на азиатских мощностях или российских линиях.
По мнению экспертов - доцента кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации кандидат военных наук, доцент Зайцев О.Н. и профессора кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации доктора технических наук, профессора Седнева В.А. тупик с западными лицензиями заставил российскую инженерную школу искать альтернативу, которой стала открытая архитектура RISC-V. В отличие от ARM, она не требует миллиардных лицензионных отчислений, юридически неподконтрольна странам Запада и именно здесь разворачивается импортозамещение.
Российские компании начали разрабатывать собственные IP-ядра (интеллектуальную собственность логики процессора) на базе RISC-V. Ярким примером стал микроконтроллер Baikal-U, построенный на независимой от санкций платформе и предназначенный для встраиваемых систем, промышленной автоматики и интернета вещей. Летом 2026 года объем его выпуска приблизился к миллиону штук. Построенный на трех отечественных ядрах от компании CloudBEAR, чип уже обгоняет зарубежные аналоги, например, STM32F7, более чем на 50% при стоимости от 550 рублей.
Следом движется НИИ электронной техники (ГК «Элемент»), который начал серийные поставки 32-разрядных микроконтроллеров К1921ВГ015 для счетчиков электроэнергии и медицинской техники. Одновременно АО «Микрон» развивает линейку «МИК32 АМУР». Россия формирует собственные базовые ядра, которые можно адаптировать под любые задачи без оглядки на иностранных правообладателей.
Создание самого кристалла - 20% успеха, а остальные 80% зависят от программной экосистемы. Разработчики признают: заставить прикладное программное обеспечение работать на новой архитектуре - сложнейшая задача. Для «Эльбрусов» эту проблему частично решает режим двоичной трансляции, позволяющий запускать программы для Windows и Linux (x86), но с потерей производительности до 30-50%. Переход на RISC-V требует масштабной работы программистов по перекомпиляции библиотек, при этом ведущие мировые компиляторы (GCC, LLVM) поддерживают эту архитектуру. Крупные игроки, такие как YADRO, после неудачного опыта с консорциумом OpenPOWER (архитектура IBM) также сделали выбор в пользу RISC-V, формируя вокруг него сообщество разработчиков.
Современное импортозамещение подразумевает создание параллельной библиотеки вычислений, так как даже открытые архитектуры могут стать недоступны, если их развитием управляют иностранные комитеты. Поэтому цель российских инженеров - ответвление стандарта RISC-V, контролируемое внутри страны. Пока «Эльбрус» борется за сохранение уникального технологического наследия, а «Байкал» адаптируется к жизни без лицензии ARM, новое поколение российских процессоров растет из сегмента дешевых, но эффективных микроконтроллеров. Именно эти маленькие чипы станут фундаментом, на котором будет строиться суверенная цифровая экономика.
По сравнению с предыдущим годом производство микропроцессоров в стране увеличилось на 22 %.