В конце сентября в Центре культур НИУ ВШЭ прошел финал IX сезона «Научных боев» с заглавной темой «За гранью возможного». Исследователи представили четыре работы. На каждое выступление отводилось по десять минут, после чего участники отвечали на вопросы жюри и зрителей. Спикеры искали границы между человеком и искусственным интеллектом, цифровой платформой и ее пользователями, государством и социальной инфраструктурой, а также между тем, как общество определяет человека, и тем, как он определяет себя сам.
Когда респондентом становится искусственный интеллект
Первыми на сцену вышли Елизавета Кузнеченкова и Мария Нестерская с исследованием «По ту сторону промпта: что ИИ знает о жителях разных стран?».
Студентки четвертого курса программы «Вычислительные социальные науки» факультета социальных наук разбирались, насколько большие языковые модели способны воспроизводить ценности и взгляды людей из разных стран и могут ли они заменить реальных участников социологических опросов. На основе данных World Values Survey (около 90 тысяч респондентов из 60 стран) исследовательницы создали синтетических двойников реальных людей. Модели отвечали на вопросы анкеты: об отношении к разводу, взяткам, уклонению от налогов, науке и технологиям.
Результаты оказались противоречивы. В некоторых случаях модели воспроизводили различия между странами, но при этом слишком сильно опирались на существующие представления об особенностях культур, превращая сложную картину общественных ценностей в набор стереотипов. Например, нейросети переоценивают влияние религии на взгляды человека и склонны представлять мусульманские общества более традиционными, чем они оказываются в реальных условиях.
Неожиданно модели ошибались и в отношении науки и технологий. Они могли предполагать, что жители развитых стран относятся к науке более позитивно, чем жители менее развитых государств. Однако реальные данные показывают более сложную картину: в развитых странах люди могут быть скептичнее из-за размышлений о рисках и этических последствиях технологий, тогда как в менее развитых странах наука может восприниматься прежде всего как возможность и надежда.
Еще одна проблема обнаружилась, когда исследовательницы изменили язык общения с моделью. Один и тот же синтетический респондент начинал отвечать по-разному в зависимости от языка вопроса: например, ответы на арабском оказывались более консервативными, а на испанском — более либеральными.
«Получается, что один и тот же виртуальный человек может меняться вместе с языком, на котором с ним разговаривают», — отметили исследовательницы.
Для социологического исследования это серьезное ограничение. Модели способны воспроизводить общие закономерности и усредненные представления, но плохо передают индивидуальные различия и неожиданные позиции.
Вывод исследовательниц оказался простым: синтетический респондент может быть удобным и предсказуемым, но именно непредсказуемость настоящих людей делает их незаменимыми для исследования общества.
Письмо, которое не должно потеряться
Научные бои продолжила Александра Василенко, четверокурсница программы «Юриспруденция» НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург, с исследованием «До востребования. Почему почта нужна миру?».
Почта кажется одним из тех институтов, которые постепенно должны исчезнуть вместе с бумажными письмами. Электронные документы заменяют бумажные, сообщения приходят за секунды, а посылки все чаще доставляют частные логистические компании. Александра решила проверить, действительно ли почта больше не нужна и какую роль она продолжает играть там, где цифровизация уже изменила повседневную жизнь. Она сравнила почтовые системы нескольких стран и рассматривала почту не как службу доставки, а как социальную и государственную инфраструктуру.
Отправной точкой стал Всемирный почтовый союз, который координирует международную почтовую сеть, а дальше исследовательница сравнила три очень разных примера.
В США почта имеет особый статус и закреплена в государственной системе страны. USPS должна не только доставлять корреспонденцию, но и выполнять универсальную социальную функцию, обеспечивая доступность почтовых услуг на огромной территории. Почтовая инфраструктура связана в том числе с проведением выборов и возможностью поддерживать связь между людьми в разных частях страны.
Дания пошла в противоположную сторону. 30 декабря 2025 года PostNord прекратила доставку писем, и Дания стала первой европейской страной, отказавшейся от государственной доставки обычной корреспонденции. Реформа стала возможной, потому что большинство жителей уже почти не пользуется письмами. Но сильнее всего она ударила по тем, кто хуже адаптирован к цифровой среде. Для пожилых людей почтовое отделение остается местом, где можно получить пенсию или оформить документы.
В Японии почта, напротив, продолжает выполнять важную социальную функцию. Japan Post сочетает коммерческую деятельность с обязанностью обеспечивать универсальные услуги по всей стране, в том числе на отдаленных островах. Почтовая инфраструктура становится способом поддерживать связь между территориями, где цифровые альтернативы не всегда могут полностью заменить физическое присутствие.
Так вопрос «зачем нужна почта?» оказывается вопросом не только о письмах.
«Почта может быть частью системы, которая обеспечивает доступ человека к государству, документам, деньгам и другим людям. Поэтому исчезновение бумажной корреспонденции не обязательно означает исчезновение самой почтовой инфраструктуры», — отметила Александра.
Что делать, когда в стране чудес что-то ломается
Третьей на сцену вышла Любовь Мардахаева, студентка второго курса магистратуры «Управление стратегическими коммуникациями», с исследованием «Голову с плеч! Или как быстро реагировать на кризисы». Она изучала, как цифровые платформы должны реагировать на сбои — от получения неправильного товара до задержки доставки. Вместо привычного разговора о PR Любовь предложила представить цифровые платформы как страну чудес.
Одним из инструментов исследования стала матрица кризисов Тимоти Кумбса. Она была разработана еще до того, как цифровые платформы превратились в инфраструктуру повседневной жизни. Исследовательница хотела понять, насколько применимы классические стратегии к современным сервисам.
В качестве примеров Любовь рассматривала реальные кризисные ситуации — от товара, который оказался совсем не тем, что ожидал покупатель, до задержки доставки еды. В каждом случае платформе необходимо не просто исправить ошибку, но и объяснить пользователю, что произошло.
Для исследования Любовь поговорила с директорами по внешним коммуникациям цифровых платформ. Эксперты выделили несколько принципов эффективной кризисной коммуникации: эмпатию, скорость, персонализацию и юмор. Но важнее всего оказалось другое — не молчать.
«Платформе необходимо разговаривать с пользователями, объяснять происходящее и не бояться обращаться к разным аудиториям по-разному», — считает студентка.
Это подтвердил и опрос, который Любовь провела среди пользователей и людей, зарабатывающих благодаря платформам. В исследовании приняли участие более 600 человек.
Оказалось, что для разных групп одна и та же кризисная ситуация имеет разную цену.
Партнерам и продавцам важны подробности: что произошло, как будет решена проблема и каким образом будет выплачена компенсация. Пользователям гораздо важнее скорость: быстро получить ответ и увидеть, что компания действительно занимается проблемой.
Так исследование привело Любу к выводу, что универсальная стратегия кризисной коммуникации для цифровых платформ не работает. Платформам необходима адаптивная коммуникация, которая учитывает особенности каждой аудитории.
И главное правило здесь остается простым: разговаривать, коммуницировать и не прятаться за интерфейсом.
Пограничный контроль: как бездомные отделяют себя от образа «бомжа»
Завершил финал Кирилл Ескин, студент второго курса магистратуры «Социальный анализ рынков на цифровых и опросных данных» факультета социальных наук, стажер-исследователь Лаборатории экономико-социологических исследований, с темой «Пограничный контроль: как бездомные отделяют себя от образа “бомжа”».
Кирилл построил выступление как моноспектакль. На сцене исследователь оказался в роли пограничника, которому необходимо определить, кого пропускать через границу между «нормальными» людьми и «бомжами».
Сначала задача кажется простой. Но с каждым новым случаем граница начинает усложняться. Человек может жить на улице, но работать. Может просить деньги, но считать недостойным попрошайничество в отношении определенных людей. Может оказаться без жилья, но при этом следить за внешностью, иметь образование или профессиональные навыки. Получается, что одного деления на «бездомных» и «всех остальных» недостаточно.
Кирилл исследовал бездомность в Москве и проводил полевую работу на вокзалах, в организациях помощи и местах кормления. Постепенно он заметил, что люди, переживающие бездомность, сами проводят множество границ между собой.
В социологии такие различия называют символическими границами. Это способы разделять людей, поступки и образ жизни на «свои» и «чужие», «достойные» и «недостойные».
Для человека, который оказался без дома, такие границы могут становиться способом сохранить чувство собственного достоинства. Общество дало ему определение, навесив ярлык, но сам человек продолжает искать ответ на вопрос, кто он еще.
Работа или попрошайничество может отделять одного человека от другого. Внешний вид, гигиена, образование, навыки и даже предпочтения в еде тоже становятся основаниями для различий.
Кирилл сначала искал одну большую границу между бездомными и остальным обществом, а обнаружил множество границ внутри самой группы.
«Я приехал в поле, думая, что буду изучать одну большую границу: между бездомными и всеми остальными. А нашел целую пограничную службу. Только пограничники в ней — сами люди», — объяснил Кирилл.
В финале он предложил посмотреть на бездомность не только как на социальный статус, который человек получает извне, но и как на пространство, где человек продолжает определять себя самостоятельно.
«Самое интересное в бездомности начинается не там, где общество говорит человеку: “Ты — бездомный”. А там, где человек сам отвечает: “Нет. Сейчас я объясню вам, кто я”», — заключил исследователь.
Победитель финала
По итогам финала первое место занял Кирилл Ескин, второе — Любовь Мардахаева, третьими стали Елизавета Кузнеченкова и Мария Нестерская, четвертой — Александра Василенко.
Важным фактором победы Кирилла стала театральная форма выступления. И в полуфинале, и в финале он представлял исследование как моноспектакль, а уже затем раскрывал его научную основу. Самым сложным, по его словам, оказалось придумать концепцию, которая одновременно передавала бы точное содержание исследования и удерживала внимание зрителя. Отдельным вызовом стал реквизит: научный материал нужно было превратить в сценическое действие.
Победа стала для него одновременно радостью и завершением большого этапа работы над проектом. Тем, кто думает об участии в «Научных боях», Кирилл советует не откладывать: если есть хотя бы небольшое желание попробовать себя в таком формате, стоит подать заявку. Организаторы помогают участникам на протяжении всей подготовки и не оставляют их один на один с трудностями.
Финальные выступления оценивали:
Ольга Пескова, профессор Школы коммуникаций факультета креативных индустрий, академический наставник образовательной программы «Интегрированные коммуникации»;
Олеся Майбах, заведующий отделом методологии и организации форсайт-исследований Форсайт-центра Института статистических исследований и экономики знаний, эксперт кафедры ЮНЕСКО по исследованиям будущего;
Оксана Михайлова, доцент кафедры анализа социальных институтов департамента социологии факультета социальных наук, научный сотрудник Центра исследований современного детства Института образования;
Наталья Капырина, доцент департамента права цифровых технологий и биоправа факультета права;
Дмитрий Ющенко, директор по развитию CyberED, фонд результативной кибербезопасности «Сайберус».
Поддержка от партнеров финала
Финал IX сезона прошел при поддержке партнеров проекта. Сообщество во «ВКонтакте» «Техпросвет» выступило информационным партнером проекта и подготовило подарки и гаджеты для спикеров, факультет гуманитарных наук НИУ ВШЭ предоставил университетский мерч, а портал практического обучения CyberED вручил каждому спикеру грант на бесплатное обучение по кибербезопасности.
Для Дмитрия Ющенко, директора по развитию CyberED, участие в «Научных боях» стало возможностью поддержать молодых исследователей, познакомиться с их работами и поделиться с участниками своим опытом.
«Мы верим в этих ребят и хотим быть рядом, делиться опытом, помогать им воплощать свои идеи, — отметил он. — Нам близок их подход. В ДНК этих ребят — настоящие хакеры: щупать систему на прочность, искать исключения из правил, мыслить шире заданных рамок. Это общее для науки и хакерского мышления стремление — разобраться, как все устроено, проверить привычное объяснение и найти то, чего до тебя не замечали».
Организаторы «Научных боев» благодарят партнеров за поддержку участников и проекта и за возможность сделать финал не только площадкой для представления исследований, но и пространством для новых образовательных возможностей.
IX сезон «Научных боев» завершился, но вопросы для исследований не закончились. Юбилейный, X сезон «Научных боев» обещает быть особенным. Следите за анонсами в сообществах проекта во «ВКонтакте» и Telegram.
Хотите рассказать о своем исследовании со сцены? Подайте заявку на участие в X сезоне. А если вам ближе работа за кулисами, присоединяйтесь к команде организаторов.