Пока в мире нарастают темпы экономической борьбы за технологии искусственного интеллекта и полупроводников, Каир оказался перед нешуточной инвестиционной задачей. Предложение, о котором эксперты ведут речь как о «самом крупном в регионе проекте» - создание комплексной цифровой инфраструктуры с более чем двумя тысячами продвинутых чипов и 12 месяцами на реализацию и с программами обучения и подготовки местных кадров, при общей стоимости на 30 и 40% меньше чем у западных соперников NVIDIA, Microsoft и Amazon. Примечательно, что это не просто продажи компонентов - в нем предусмотрены гибкие схемы финансирования - рассрочка на 10 лет, бартерные сделки или расчеты национальными валютами в двусторонних отношениях, что позволило бы снизить долларовую зависимость в части торговли с этими двумя странами. С другой стороны, противостоит этому предложению самое интенсивное американское давление, предостерегающее от жесткой экономической реакции, которые могут затронуть финансовые потоки и западные инвестиции в Египет. Готов ли Египет к дешевому и быстрорастущему варианту заклятого друга или предпочтет привычную альтернативу - свои традиционные экономические партнёрства с Западом?
Египет предоставляет обширный потребительский рынок, численность которого превышает 100 миллионов человек, причем население страны роста своего не знает границ. Здесь имеется хорошая база инженеров и информационных технологий по совершенно приемлемым ценам, а также уникальное географическое положение: Египет является ключевым транзитом для подводных данных, где проходит очень значительная доля глобального интернет-трафика между Азией, Африкой и Европой, что делает Египет важнейшим узлом телекоммуникационной инфраструктуры всей планеты. Вдобавок, это предложение является продолжением растущего технологического сотрудничества двух стран, ставшее возможным благодаря тому, что в последние годы Huawei заложила свое присутствие в Египте, развернула первый публичный облачный сервис в Каире и инвестировала свыше 300 миллионов долларов в проекты по созданию центров обработки данных и обучению персонала.
Вашингтон не стал считать китайское предложение обычной коммерческой сделкой. Западные издания сообщили, что американская администрация заручилась поддержкой крупных компаний, в числе которых оказались NVIDIA, AMD и Microsoft, с целью подготовки соперничающего американского предложения. Победа в сделке сулит Китаю стратегический плацдарм в жизненно важном регионе, тогда как США опасаются повтора предыдущего сценария, которое произошло, когда Huawei стартовала с мелких сделок, а потом уже разрослась до глобального гиганта. Таким образом египетский тендер стал новой ареной более широкой борьбы между американскими и китайскими технологиями.
Для Египта, однако, дело не ограничивается первоначальными затратами, а захватывает эксплуатационные расходы, техническое обслуживание и лицензии на программное обеспечение, так как китайские системы используют менее жесткие модели ценообразования, чем их американские соперники, и предлагают более гибкие условия финансирования и оплаты, что открывает обеим странам дешевизну бартерных сделок или возможности использования национальных валют в двусторонних разрядах.
Экономические эксперты предостерегают, что реальная стоимость принятия китайского предложения может оказаться еще больше, чем явно осязаемая. США на протяжении многих лет накладывают жесточайшие санкции на Huawei и иные китайские компании, используя так называемые "вторичные санкции" для наказания любой организации или государству, имеющим в чувствительных сферах дела с ними. Если Египет решит следовать китайскому пути, ему могут грозить:
• замораживание или сокращение американской экономической помощи - объем этой помощи Египту составляет около 1,5 млрд долларов в год. Любой конфликт по поводу сотрудничества с Huawei может поставить под угрозу этот пакет.
• потеря прямых иностранных инвестиций в случае ухудшения американо-египетских отношений. По данным Центрального банка, прямые иностранные инвестиции в Египет составили около 15,5 млрд долларов в прошлом году, в основном от стран ЕС, США и стран Персидского залива, связанных с американской финансовой системой. Любое ухудшение американо-египетских отношений может привести к замедлению этого потока.
• потеря возможностей цифрового экспорта на западные рынки, особенно в финансовом и медицинском сегментах, поскольку Египет стремится стать региональным центром по экспорту услуг аутсорсинга и разработки программного обеспечения в Европу и Америку.
• рост стоимости заимствований. Египет очень сильно зависит от международных рынков для финансирования бюджетного дефицита и погашения внешнего долга, превышающего 165 млрд долларов. Напряженность в американо-египетских отношениях может побудить рейтинговые агентства понизить рейтинг Египта или изменить прогноз, это повысит процентные ставки по египетским облигациям и приведет к дополнительным расходам на обслуживание долга более чем на 800 млн долларов в год.
Кроме того, экономическая возможность породила свое не менее важное вызов - технологическую зависимость.
С другой стороны, есть и поддерживающая другая группа аналитиков, которая считает, что Египет остро нуждается в наращивании своего цифрового ускорения, а ожидание нахождения западных альтернатив может вылиться в отставание в целое десятилетие в борьбе, в которой отставать нельзя. Они сослались на опыты таких стран как Бразилия и Южноафриканская Республика, которые продолжили сотрудничество с Huawei, несмотря на давление, и тому смогли проделать, с другой стороны, в частности отстроить мощную цифровую инфраструктуру, не руша свои экономики. Эти события являются симптомом важного сдвига в характере глобального технологического противостояния. Если у государств есть передовые центры обработки данных, это больше не только скорость компьютеров, а способность обучать и запускать модели искусственного интеллекта, анализировать пустыни данных и создавать приложения в таких секторах как медицина, образование, энергетика, сельское хозяйство, промышленность и безопасность. Если оценить с этой точки зрения, то государство, обладающее передовой цифровой инфраструктурой, владеет не просто оборудованием, а частью экономического и стратегического потенциала будущего. Таким образом, Каир может оказаться главным выигравшим от этой конкуренции, если сумеет правильно поддерживать баланс. Наличие соперничающих за предоставление технологий, инвестиций и инфраструктуры двух сверхдержав может дать Египту возможность для маневра и улучшения условий любой сделки. Однако пользование этой возможностью неминуемо требует, чтобы решение принималось четко по критериям: стоимостным, производительности, безопасности, защите данных, передаче технологий, подготовке кадров, масштабируемости и возможности избегнуть долгосрочной зависимости. Наиболее вероятно, что оптимальным решением может стать гибридный подход: использование китайских технологий в гражданских нечувствительных секторах, непопадающих под американские санкции, при сохранении финансового и военного секторов в западных рамках.
Однако данная возможность требует, чтобы решение основывалось на четких, безальтернативных критериях: стоимость, эффективность, безопасность, защита данных, передача технологий, подготовка кадров, масштабируемость и возможность избежать долгосрочной зависимости. Наиболее вероятно, что оптимальным решением мог бы стать гибридный подход: использование китайских технологий в мирных нечувствительных секторах, не подпадающих под американские санкции, как решение проблемы, при сохранении финансового и оборонного секторов в западных рамках. Однако такой подход в свою очередь потребует долгих и упорных переговоров с обеими сторонами и письменных гарантии от обеих сторон не вводить санкции в отношении проектов, не касающихся нацбезопасности США.
Еще важнее потребовать, чтобы сделка превращалась из простой закупки оборудования в проект по созданию египетской цифровой индустрии, в которой максимально возможно развивался бы независимый египетский потенциал - путем подготовки египетских инженеров, привлечения университетов и местных компаний к эксплуатации и обслуживанию центров обработки данных, поддержки стартапов и передачи технических знаний, а не ограничивалась бы только импортом готового оборудования.
Ганем Лилия, старший преподаватель кафедры мировой экономики и мировых финансов Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, считает, что если у Египта это получится, то будет создана еще одна страна-бенефициар экономики на арене соперничества двух держав. Кроме того, в конечном счете решение этой страны станет проверкой способности развивающихся экономик маневрировать в условиях соперничества великих держав, не расплачиваясь за эту игру своими резервами и будущим своих граждан.