За последние годы рынок труда стал заметно менее привязан к классической модели «один работодатель - одно рабочее место - фиксированный график». Цифровые платформы, проектная работа и самозанятость расширили возможности и работников, и компаний: специалисту проще найти дополнительный заказ или выстроить более гибкий график, а бизнесу - быстрее привлекать людей под конкретные задачи.
Гибкость дала работнику больше свободы: можно выбирать заказы, совмещать проекты и не зависеть от одного работодателя. Но у этой свободы есть обратная сторона - неопределённость. Доход может зависеть от потока заказов, рейтинг - от алгоритма платформы, а профессиональные перспективы - от множества краткосрочных решений. Поэтому все заметнее становится вопрос не о том, хороши или плохи новые форматы занятости сами по себе, а о том, насколько человек способен управлять ими и планировать свое будущее.
Как отмечает Елена Владимировна Камнева, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии и развития человеческого капитала Финансового университета, сама по себе гибкость не является проблемой. Источником напряжения она становится тогда, когда сочетается с нерегулярным доходом, непрозрачными правилами платформы и ситуацией, в которой основные риски фактически несет сам исполнитель.
Поэтому прекарную занятость нельзя считать синонимом самозанятости, фриланса или платформенной работы. Речь скорее о ситуации, когда нестабильность дохода, статуса и профессиональных перспектив становится устойчивой характеристикой труда и человеку сложно планировать карьеру и защищать свои интересы.
Масштаб гибких и неформальных форм занятости действительно велик. По данным Росстата, в III квартале 2024 года в неформальном секторе были заняты 15,837 млн человек, или 21,3% всех занятых. При этом неформальный сектор нельзя автоматически отождествлять с нелегальной занятостью: эта статистическая категория включает, в частности, часть самозанятых и индивидуальных предпринимателей. Поэтому показатель характеризует масштаб труда вне классической модели занятости в организации, но не число прекарных работников.
Схожая оговорка нужна и при оценке самозанятости. По данным ФНС России, к концу 2025 года число зарегистрированных плательщиков налога на профессиональный доход (НПД) достигло 15,427 млн человек. Однако регистрация не означает постоянную работу в этом режиме. В материалах ФНС по данным за 2024 год отмечалось, что доход хотя бы один раз отразили около 7 млн плательщиков, почти половина одновременно имела официальную работу, а регулярно использовали НПД для получения дохода около 20% самозанятых.
Платформенная занятость также часто воспринимается как дополнение к основной работе. Согласно аналитическому обзору ВЦИОМ 2026 года, среди готовых работать через цифровые платформы 62% рассматривают этот формат прежде всего как подработку и 16% - как основную работу.
Для психологии труда важен не только юридический статус человека, но и то, как длительная неопределенность влияет на его представление о себе. Исследования прекариата связывают такую ситуацию с трудностями долгосрочного профессионального планирования: человеку сложнее ответить на вопросы, к какой профессиональной группе он принадлежит, насколько устойчив его статус и может ли он строить карьеру на несколько лет вперед. Это не диагноз и не неизбежное следствие фриланса, а возможный эффект повторяющейся нестабильности.
Цифровая среда одновременно усиливает и компенсирует этот эффект. Профессиональная репутация все чаще складывается из профилей, рейтингов, портфолио, отзывов и алгоритмических оценок. Множественность цифровых самопрезентаций может усиливать ощущение фрагментарности. Но тот же механизм дает новый ресурс: переносимую цифровую репутацию, возможность быстрее находить клиентов, пробовать новые профессиональные роли и снижать зависимость от одного работодателя.
По мнению Марины Полевой, доктора экономических наук, заведующего кафедрой психологии и развития человеческого капитала Финансового университета, ключевой вопрос сегодня - не возвращение рынка труда к единственной модели занятости, а то, насколько предсказуемыми окажутся гибкие форматы. Практика показывает: чем прозрачнее правила оплаты, рейтинга и распределения заказов, тем ниже риск того, что автономия исполнителя превратится в уязвимость.
На рынке уже применяются инструменты, которые снижают отдельные риски. По информации «Яндекс Про», для курьеров действует страховая защита на период выполнения заказов, а для отдельных категорий исполнителей предусмотрены программы поддержки при болезни. YouDo использует механизм резервирования оплаты до выполнения задания, а также предлагает инструменты проверки статуса самозанятого для корпоративных заказчиков. Такие практики не заменяют трудовые гарантии, но показывают, какие элементы могут повышать предсказуемость гибкой занятости: гарантированная оплата выполненного заказа, страхование, понятный порядок разрешения споров и прозрачные правила доступа к заказам.
Для компаний принципиально важно правильно выбирать юридическую модель отношений. Если человек фактически работает по установленному графику, подчиняется внутреннему распорядку и постоянно выполняет одну трудовую функцию, оформление отношений через договор с самозанятым может создавать правовые и налоговые риски. Срочный трудовой договор также применяется только при наличии оснований, предусмотренных Трудовым кодексом РФ.
Отдельное значение приобретает прозрачность алгоритмов: исполнитель должен заранее понимать стоимость заказа, условия отмены, сроки выплаты, причины изменения рейтинга и иметь возможность оспорить блокировку или спорное удержание. Важны и механизмы распределения рисков - страхование от несчастных случаев, доступ к добровольному социальному страхованию, обучение и финансовые гарантии по уже принятому заказу. По данным Социального фонда России, с 1 января 2026 года плательщики НПД могут добровольно участвовать в эксперименте по страхованию на случай временной нетрудоспособности.
Регуляторная среда тоже меняется. Федеральный закон № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» вступает в силу 1 октября 2026 года. Он закрепляет для подпадающих под его действие посреднических цифровых платформ требования к информированию партнеров об условиях заказа и вознаграждении, а также ряд правил взаимодействия. Для бизнеса это означает, что прозрачность постепенно становится не только хорошей практикой, но и частью регулирования рынка.
В итоге спор о том, что лучше - постоянная работа или гибкая занятость, постепенно теряет смысл. Один и тот же формат может давать человеку свободу или, наоборот, усиливать зависимость от следующего заказа. Все определяется тем, насколько прозрачны правила, можно ли прогнозировать доход и есть ли у исполнителя реальные инструменты защиты своих интересов.
Поэтому задача ближайших лет - не вернуть рынок труда к прежней модели, а сделать новые форматы понятнее и безопаснее. Если человек заранее знает правила оплаты, понимает, как работает рейтинг, может оспорить решение платформы и рассчитывать хотя бы на базовые социальные механизмы, гибкость перестает быть синонимом нестабильности. Тогда цифровизация действительно расширяет выбор, а не просто переносит риски с компании на работника.