Волны жары перестали быть просто сезонным климатическим явлением - они превратились в силу, перекраивающую мировые рынки и вынуждающую правительства, банки и компании полностью пересматривать свои стратегии.
В последние дни июля 2026 года более 360 тысяч человек во Франции и Испании были вынуждены покинуть свои дома, спасаясь от лесных пожаров, которые французские власти назвали «беспрецедентными», а на юго-западе Франции, в районе Бордо, огонь охватил площади, в 3,4 раза превышающие среднегодовой показатель, в то время как Испания ввела чрезвычайное положение, столкнувшись с самыми разрушительными последствиями в своей новейшей истории.
По мнению Ганем Лилии, ассистента кафедры мировой экономики и мировых финансов Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, эта катастрофа отличается от других не только масштабами разрушений, но и тем, как быстро она перешла из экологической проблемы в экономическую и финансовую угрозу первого порядка.
От сезонного явления к экономическому бремени
По оценкам, климатический кризис обошёлся мировой экономике в более чем 2,8 трлн долларов за последние два десятилетия, что соответствует 16 миллионам долларов в час, а убытки от климатических катастроф с 2000 года превысили 3,6 трлн долларов. Исследование Европейского центрального банка пришло к выводу, что экстремальные погодные явления могут обернуться потерей до 5% ВВП еврозоны в течение следующих пяти лет, что сопоставимо с потерями от мирового финансового кризиса в 2008 г.
В центре этой трансформации находятся летние волны жары, которые являются климатическим явлением, наиболее тесно связанным с повседневной жизнью, и оказывает самое быстрое влияние на производительность, энергопотребление и сельское хозяйство. Особенно показателен в этом смысле европейский континент, где температуры растут почти в два раза быстрее мирового среднего. Это наглядный пример того, как климатические издержки превращаются в осязаемую экономическую реальность.
В отличие от Соединённых Штатов, Европа изначально не была подготовлена к регулярным волнам жары. Лишь около 20% зданий оснащены кондиционерами, тогда как в США этот показатель составляет около 90%. В результате домашнее потребление электроэнергии на охлаждение в Евросоюзе удвоилось в период с 2018 по 2024 год, а счета за электроэнергию стали непосильным бременем для миллионов семей. Эта реальность заставила Европейскую комиссию предупредить, что странам ЕС потребуется вкладывать около 70 млрд евро ежегодно до 2050 года для адаптации инфраструктуры с целью противодействия климатическим рискам. Франция, Италия, Германия и Испания занимают лидирующие позиции среди стран, наиболее нуждающихся в таких инвестициях, в силу своего экономического веса и плотности населения.
Европейское агентство по окружающей среде оценило экономический ущерб от погодных и климатических явлений в ЕС, примерно в 822 млрд евро за период с 1980 по 2024 год, из которых более 208 млрд евро пришлись лишь на период с 2021 по 2024 год. Среднегодовые потери выросли до 44,9 млрд евро в период с 2020 по 2024 год по сравнению с 8,6 млрд евро в 1980-х годах. Данные агентства показывают, что наводнения составили 47% от общего объема убытков, связанных с климатом и погодными явлениями, в то время как одни только волны жары стали причиной примерно 18 % от общего объема.
Тем не менее, влияние жары по-прежнему сложнее измерить, чем наводнений и пожаров, поскольку её влияние охватывает не только физические активы, но и производительность труда, деятельность отраслей, спрос на энергию, сельскохозяйственное производство и экономическую деятельность в целом. Так, например, прогнозы урожая зерна в ЕС и Великобритании снизились на 23,4 млн тонн по сравнению с прошлым годом, а урожай кукурузы в Европе, как ожидается, будет самым низким за последние двадцать лет.
Последствия аномальной жары для европейских банков
Но самый примечательный сдвиг произошёл не только в производстве и сельском хозяйстве, но и в самой финансовой сфере. Исследование, опубликованное в июле на сайте «Green Central Banking», специализирующемся на зелёном банкинге, показало, что долгосрочное повышение температур и резкие волны жары приводят к значительному снижению темпов роста корпоративного кредитования, причем масштаб влияния варьируется в зависимости от отрасли, и разработчикам политики следует учитывать это в рамках оценки климатических рисков.
На этом фоне европейские регуляторы усилили надзор за банками в сфере климатических рисков. Волны жары вышли за рамки экологической повестки и стали полноценным кредитным риском, угрожающим кредитным портфелям, страховому сектору и качеству активов.
Как сообщает Bloomberg со ссылкой на представителя Европейского банковского управления (EBA), ведомство разрабатывает инструменты для измерения финансового воздействия экстремальной жары, что может в дальнейшем привести к включению волн жары в качестве отдельной категории в регулярные стресс-тесты, которые Европейское банковское управление проведет в 2027 году с целью оценки способности банков выдерживать убытки. Кроме того, некоторые банки начали корректировать свою кредитную политику в ответ на климатические риски. В рамках риск-менеджмента испанского банка BBVA климатические риски интегрированы как источник финансовых угроз в управление портфелями, оценку клиентов и процессы кредитования.
Опыт арабского региона в борьбе с изменением климата в условиях сложной реальности. Если мир постепенно осознает цену климатических изменений, то арабский регион сталкивается с ними годами как с суровой реальностью, из-за географического положения и высокой зависимости от энергии для охлаждения. По прогнозам, страны Персидского залива к 2050 году могут потерять около 7 % ВВП ежегодно, если не будут приняты достаточные меры по адаптации к изменению климата.
Эти риски проявляются каждое лето в виде повторяющихся энергетических кризисов. Так, летом 2026 года Ирак пережил то, что было охарактеризовано как худший сценарий энергетического кризиса за последние годы, в то время как в Кувейте потребление электроэнергии достигло рекордных показателей. По данным Всемирного банка, перебои с электроснабжением обходятся экономикам стран Ближнего Востока и Северной Африки примерно в 3 % ВВП ежегодно. С другой стороны, ряд арабских стран пытается превратить этот вызов в экономическую возможность. Так, Саудовская Аравия в рамках инициативы «Зеленая Саудовская Аравия» взяла на себя обязательство достичь нулевых выбросов к 2060 году, ОАЭ ставят целью достичь углеродной нейтральности к 2050 году, а в Катаре в рамках проекта «Зеленый Катар» площадь зеленых зон удвоилась и достигла около 22 миллионов квадратных метров. Арабская координационная группа объявила о намерении выделить 10 миллиардов долларов до 2030 года на поддержку «зеленого» перехода.
Таким образом, что отличает этот вызов от предыдущих экономических кризисов, так это его циклический характер; это не временный шок, а повторяющийся ежегодный паттерн, требующий перепроектирования энергетических сетей, транспорта, сельского хозяйства, страхования и банковского сектора исходя из предположения, что экстремально жаркое лето стало нормой, а не исключением.
Поэтому перед политиками стоит непростая, либо адаптироваться заранее, либо столкнуться с огромными затратами позже. С включением волн жары в стресс-тесты банков климат перестал быть просто заголовком в добровольных отчетах об устойчивом развитии, а стал финансовой переменной, которую учитывают перед каждым кредитным решением. Вопрос уже не в том, повлияет ли климат на экономику. Сегодня вопрос в другом: кто заплатит по счетам и когда?